Дикое царство. О чем поет Север

Но мы служанки, а потом должны выполнять, все, что нам скажут. Иначе выгонят. Куда пойдете работать? Где вас еще будут так кормить? Так что, давайте, не омрачайте ни себе жизнь подозрительными мыслями, ни другим.

Кали недовольно дернула плечом, но ничего не сказала.

– Эстер, пойдем подберем тебе одежду, – сказала Лаванья.

Я кивнула и доела курицу с кари. Еда слегка обжигала рот, но масала-чай охлаждал его. Как жаль, что успокоить тревогу в душе он не в силах. Есть ли что-то в этом мире, способное на это?

Глава 8.

Когда мне было двенадцать, мама подарила мне браслет из серебра. Это был браслет толстого плетения, который на моем тонком запястье ходил туда-сюда. Я не хотела огорчать маму, а потом носила его не снимая. Он нравился мне по внешнему виду, но я все время боялась, что он слетит с меня. Однажды я сказала матери об этом. Она тогда спокойно улыбнулась и сказала:

– Тогда будь спокойнее, внимательнее. Пусть движения будут более плавными.

Бабушка Илма тогда услышала наш разговор и громко рассмеялась.

– Чему учишь дочь, а, Санна. Сама-то в ее возрасте и побыстрее бегала, и громче смеялась, и руками махала активнее.

– Илма, она становится девушкой раньше.

– Нашу дикость никуда не деть. Эстер, – обратилась ко мне бабушка. – Будь осторожна, но в лес, когда ходишь – просто снимай, если тебе так спокойнее будет.

– У меня тонкая рука, а браслет большой. Некрасиво, – вздохнула я.

– Красиво, Эстер, – кивнула мама. – В этом и суть, на фоне чего-то большого всегда подчеркивается что-то маленькое.

В тот день мне еще заказали штук десять нарядов. Куда в них ходить, я понятия не имела. По лесу в плиссированных рубашках да вышитых сарафанах не побегаешь. Но было красиво. Я вертелась напротив зеркала у портной, видя в отражении улыбающиеся глаза матери. Женщина, снимавшая с меня мерки, наверное, с ума сошла. Я не могла стоять ровно, она все время устало вздыхала, когда закрепляла булавку на мне.

А когда все было готово… Я нашла, когда их носить: ровно до обеда.

– Ну все, теперь отлавливать всех женихов буду! Вот этим буду их бить!

Он показывал на веник в руках нашей уборщицы, грозился, что сломает все веники о спины моих женихов.