О, мой король!

Я чувствовал невероятный азарт  охоты, желание поймать, подмять, захватить…Не чувствуя в себе ничего подобного уже лед восемь, я выдернул из кармана надушенный платок, как никогда близкий к срыву. Сунув кусок вонючего батиста под нос, пытаясь перебить аромат, я медленно отступил, выругавшись сквозь зубы. Во все глаза глядя на сияние, окутавшее княжну, я медленно вдохнул ртом, стараясь избавиться от этого дурмана, но стало только хуже. Не помогал ни резкий химический запах, идущий от платка, ни стальная, выработанная годами выдержка.

Сладкий вкус желанной женщины оказался у меня во рту, на самом кончике языка, выбивая остатки разума.Тяжело, рвано дыша, я отступал к тайной лестнице, когда она повернулась. Темные глаза княжны сияли звездами, отражая всполохи небесного огня, вызванного ее братом.Да лучше бы ты и дальше сидела там, у себя в провинции! Да лучше бы  весь ваш род выродился, прервавшись на этом приблудыше, что должен был получить перстень не своих предков…Ругаясь, шипя и ударяясь в узкие стены тайного перехода, я с трудом ввалился в собственные покои, едва не поломав защиту. Не прошло и трех минут, как из смежной комнаты появился Филипп, среагировав на едва не разорванное плетение.– Это ты? Что случилось? Все так трещит, что я едва не оглох от…О! Я медленно повернул голову, глядя на кузена. Под моими руками, под вытянувшимися когтями, медленно раскрошился дубовый столик, на который я оперся, чтобы как-то вернуть равновесие.– Вот это да, – все еще шокировано повторил Филипп, оседая в ближайшее кресло. Еще бы. Мы почти восемь лет откладывали государственный переворот, дожидаясь, пока у всех членов семьи пройдет ломка и появится достаточный уровень контроля. И такой конфуз на грани провала…– Несчастная хоть жива? – успокаиваясь, деловито уточнил кузен и, дождавшись моего медленного, все еще на грани владения собой, кивка, выдохнул.А затем его лицо исказила виноватая улыбка, и этот предатель потянул из внутреннего кармана камзола маленький медальон. Тряхнув украшение, кузен почти весело произнес:– Арианна, ты нам срочно нужна, милая.Все. Это просто занавес. Ари меня прикопает. А потом будет еще две недели напоминать, что просила и предупреждала…**Арианна, глядя на меня строго, как умели только она и мать, раздражающе постукивала туфелькой по паркету.  Голубое платье сестры, ее нежный вид и хрупкое сложение не могли меня обмануть: Ари была опасна. Может, опаснее всей нашей милой семейки.