Наследница врага

Чудо как хороша, кожа – бархат, и подержаться есть за что, – Рыгорка мечтательно выкатил губу.

– Эк ты куда метишь, – прищурился Каменецкий. – Елисей – правая рука Крушины, если ты запамятовал, не из нашего стана.

– Пока не из нашего, сейчас-то он мной, ясное дело, побрезгует, но как государем стану, уж ему не отвертеться. Еще сам прибежит дочь мне предлагать, – Рыгорка отрывисто рассмеялся. – Вот хочу Олеське подарочек прикупить, чего там бабы любят?

– Откуда мне знать, – отмахнулся Кароль.

– Как откуда? Ты ж женат.

– Себя покуда, – устало улыбнулся Кароль.

– Ишь ты, орел какой! А просит чего?

– Чтоб приезжал чаще.

– Умеешь баб обхаживать. Ну, да я пока подарочками обойдусь – бусы куплю, через холопку передам. Пошли, у златаря[2] глянем.

В той, другой, жизни Кароль задарил бы Софийку подарками, он скупил бы все бусы и серьги, чтобы побаловать женушку, но теперь он лишь с тоской смотрел, как Рыгорка перебирал блестящие безделицы, поднимая то одну, то другую к слепящему солнцу.

– Ну, какие? – мурлыкал господарик. – Настоящей королеве смарагд[3] под стать. Беру!

– Слушай, это ж дорого, – опомнился Кароль, – нам нельзя сейчас деньгами сорить.

– Нам нельзя, а мне можно, – нагло улыбнулся господарик. – Беру.

Золотая цепь с искрящимися изумрудами перекочевала в кошель к Рыгорке.

– Послушай, – Кароль едва сдерживал злость, – мне воинам нечем платить, у них жены, дети голодают; в глаза стыдно смотреть, а ты…

– Так не смотри, кто заставляет… Хочешь добреньким прослыть, так продай мне своего коня и выдай им жалованье, как раз хватит.

– Я, князь, в услужение к тебе пошел, голову перед тобой, самозванцем, согнул, – Кароль сжал кулаки, – а ты последнее у меня норовишь отобрать.

– Так ты изгой, Крулик, никто. Все тебе кажется, что ты князь, а ты – никто! И запомни, Каменец, – самозванец капризно вздернул подбородок, тыча в своего полковника пальцем, – господарь, сын Старого Рыгора, здесь я, а ты – племяшка мой, пока я этого желаю.

Ядовитый смех, слова, как пощечина.

– Да пошел ты, Назар, – плюнул под ноги Рыгорке Кароль, развернулся и быстро пошел прочь.

«Хватит, сил нет с дураком этим вязаться. Я за спасение свое уже отслужил». Все внутри кипело.

– Иди, иди! Под забором без меня сдохнешь! – полетело ему вслед.