Наследница врага

– Тогда, – она взяла себя в руки, – тяжеловозов на развод купим. Сейчас такие адские штуки появились, камни из себя извергают, ими города обстреливают, нам пан Хлынов говорил. Так эти штуки за войсками тяжеловозы таскают. Таких коней в королевское войско продавать можно будет.

– Госпожа, я вам твержу – денег нет, а вы меня как и не слышите, – вконец разобиделся Любош.

– Да как же нет? – понизила голос София. – Как же нет, коли схрон тайный имеется? Ты же сам говорил, что мне муж ларец оставил, на черный день. Так ведь?

– На черный день, а у нас все, слава Богу, благополучно, – Любош перекрестился на икону.

– А будет еще лучше, неси ларец, – обворожительно улыбнулась хозяйка. – Приказываю.

Управляющий с видом затравленного зайца прижался к двери:

– Нельзя, госпожа, не велено. Покойный господин не велел без нужды трогать.

– Тогда охотничьих соколов давай продавать, – небрежно постучала пальчиками по подоконнику хозяйка, – за них дорого дадут. Соколятня мне не нужна.

– Хорошо… Я сейчас принесу ларец, – смирился Любош, опуская голову.

«Пусть сам с ней разбирается», – услышала София бурчание вместе с отдаляющимися шагами.

«Он про Зарунского? Так тот мне не указ! Стану я еще перед этим вороном отчитываться… Хотя он меня выдать может. Да разберусь как-нибудь».

Юная княгиня была полна надежд.

Ларец оказался самым обыкновенным, из липовой доски с простенькой резьбой по крышке. Такие «схронники крульские" женихи брали с собой на сватовство. Если родня невесты дозволяла ей взять подарочек, стало быть, дело сладилось, готовься к свадьбе.

София задумчиво провела указательным пальцем по завиткам деревянного орнамента.

– Это покойный хозяин, пан Богумил, батюшка пана Кароля, для госпожи Надзеи за одну ночь сделал, – пояснил Любош.

Он продолжал недовольно раздувать щеки.

Софийка откинула легкую крышку. Содержимое ларца скрывал заботливо свернутый шляхетский пояс очень искусной работы. Из переплетения шелковых, золотых и серебряных нитей рождались наливные пшеничные колосья и тонконогие васильки с нежно-голубыми лепестками. София бережно достала пояс и повернула его к окну. На солнце золотые колосья засверкали мягким теплым светом.

– Какая красота! – выдохнула юная княгиня.

– Господин в нем только ко двору ездил, а так не носил.