Наследница врага

Лодка стрелой полетела, разрезая носом водный пласт. Левый берег отдалялся все дальше и дальше.

София, обнимая дочек, кинула беглый взгляд назад и сразу же отвернулась. «Вперед нужно смотреть, на новое место».

Ветер донес слабое ржание. Кароль встрепенулся. Ржание повторилось, уже громче.

– Стой, дед, стой! – заволновался Каменецкий.

– Я-то остановлюсь, а река-то нет, – проворчал рыбак, – это тебе не лошадь за повод дернуть.

– Любимчик, – обомлел Кароль, – Любимчик живой!

София обернулась: по крутому берегу метался красавец серебряный конь, протяжно призывая хозяина.

– Любимчик, – ласково прошептал Каменецкий, – живой, чертяка. Дед, вы плывите, мы вас догоним.

Кароль стащил сапоги и быстро начал раздеваться.

– Ты куда это? – забеспокоилась София. – Утонете! Не пущу!

– Не утонем, мы за вами поплывем.

– Карольчик, миленький, не надо! – уговаривала жена. – А вдруг это морок, утащит тебя обратно в болота?

– Ну, ты, мать, совсем от страха потерялась. Все хорошо будет, – Кароль плавно сполз в воду и, размашисто вскидывая руки, поплыл обратно к левому берегу.

– Широко, очень широко, – кусала губы София.

– Бедовый у тебя мужик, ох, бедовый, – покачал головой дед и опять взялся за весла.

«Так и начни новую жизнь, если старая все назад тянет». София, не отрываясь, следила за уверенными движениями мужа. Она видела, как он подплыл к крутому берегу, так как от удобного заливчика его уже снесло течением, дальше ловко вскарабкался по песчаному обрыву, азартно по-мальчишески выскочил наверх. Любимчик весело заржал, крутнулся вокруг хозяина, положил ему морду на плечо.

Вот Кароль лихо запрыгнул на коня, голыми пятками слегка пнул в бока, пронесся до заливчика, соскочил на землю, взял под уздцы и медленно повел Любимчика в воду. Конь не упирался, послушно погружаясь в реку.

– Да не бойся, – услышала София над ухом голос деда, – мужик твой умелый, гляди, знает, что держаться от коня нужно со стороны течения, чтоб на тебя животину не снесло, под копыта не подставляется, доплывут.

– Уж больно широко, – София боялась даже дышать, – а у него рука поранена, еще не затянуло.

Человек и конь плавно скользили, подхваченные течением. Любимчик довольно высоко выступал из воды, так что не только голова, но и мощная шея торчали на поверхности.

– Сильная коняка, – похвалил дед.