Анди. Сердце пустыни

– С двумя женами, – кивнул наемник, – и младшей незамужней сестрой.

– Имена?

Орикс воззрился на него в искреннем изумлении:

– Зачем имена? Жены за мужем, а сестра при брате. Родители у них умерли.

Ирлан вскинул брови. Ему до сих пор были непривычны местные порядки – записывать в бумагу женщин как скот – по головам.

Прищурился.

– Ты их знаешь, – произнес утвердительно.

– Конечно, – не стал отрицать Орикс, – и да, я из Чайшеров, только местный наполовину. Мать где-то нагуляла, – пожал плечами, давай понять, что развивать тему своей родословной не намерен.

– Валид, – кинув взгляд на бумаги, проговорил стражник, – из Чайшеров, значит.

– Так точно, господин, – еще ниже склонился Орикс, мастерски играя недалекого кочевника.

– Две жены, – стражник взглядом нашел жен, ощупал зрительно, взгляд, брошенный на Жарка потеплел, и слуга снова начал потеть, – сестра.

Алый шелк не мог не заметить лишь слепой, но солдат все же уточнил:

– Замуж отдаешь?

– Так пора уже, господин, – пожевал губу Орикс, – пятнадцать.

Скоро старой станет, кто тогда возьмет?

– И то правда, – согласился страж. Покосился, добавляя: – Высокая она у тебя.

Задумался, набираясь подозрений.

Но на улице вдруг засуетились, полетели крики освободить дорогу, и стражник, торопливо сунул бумаги, забрал подать и крикнул, чтобы проезжали.

Ирлан выдохнул, занял место в повозке, трогая мула вожжами.

– Ты не злишься? – спросил Ирлан, когда они двинулись в сторону темнеющих на фоне черного неба стен города.

Удивительно, как Жарк отпустил их двоих. Неужели ночевка с рабыней, после которой он остался жив, столь благотворно повлияла на его мнение о девушке?

– Злится тот, кто слаб и не может ничего исправить, – пожала плечами девушка, – а мне пока рано сдаваться.

Ирлан помолчал. Эту женщину он понимал с трудом. Она ускользала, точно песок сквозь пальцы. Вот, казалось, рядом. Улыбается. А в следующий миг – холодна и неприступна.

Сосредоточена на чем-то. И так притягательна в своем одеянии из алого шелка… Прижать бы. Обнять. Вдохнуть кружащий голову аромат. Признаться, что она поселилась во его снах, но вместо этого спросил жестко:

– Ты уже смирилась с тем, что едешь со мной в Аргос?

Ему не хотелось тащить девчонку силой. И он обещал себе, что уговорит, но вот сорвался. Надавил. Заставил дать ответ.

Анди молчала долго.