Зеркала. Темная сторона

— Он бросил взгляд на часы над камином. — Поэтому так уж и быть, я подожду еще час и узнаю все. О, я смотрю, вы нашли неплохой способ скоротать время. — Взгляд Шамаса уперся в «Истории». Рука, бледная, сухая, с единственным кольцом-печатью, протянулась в мою сторону: — Позволите мне, леди Лидделл? Я когда-то любил эту книгу...

Я без колебаний протянула Шамасу сборник.

Над моей головой когти царапнули по обивке.

— Эта птица хуже компаньонки, — фыркнул Шамас, разглядывая темную обложку. Его пальцы скользили по буквам, словно бы книга была сокровищем.

— Беспокоится за вас так, словно уже признала собственностью своего хозяина и намеревается не подпускать к вам никого хоть сколько-то подозрительного. Меня, например. Мари, сколько вы уже прочитали?

— Я на четвертой истории. О флейте.

Я поймала себя на том, что тянусь одергивать юбку или поправлять косу через каждые несколько секунд, и сложила руки на коленях.

— И почему юная девушка вроде вас выбрала не что-то из сочинений леди Бланки или замечательные «Письма к неизвестной» господина Форжо?

Я посмотрела на собеседника, чуть наклонив голову набок, пытаясь понять, что ему от меня нужно.

Шамас выглядел таким благодушным дядюшкой, хитрым и умным, но без намерения навредить, поэтому я ответила.

— Я не слишком знакома с вашей культурой, господин Раферти, и уж тем более пока не вникла в то, что следует читать леди, а что не следует. Книгу мне показал Корвин, — и ведь не соврала ни разу. — Можете у него спросить почему. Но мне нравится.

— Нашли там что-то полезное для себя? — взгляд Шамаса стал еще хитрее.

— Не уверена, что могу ответить. Пока мне просто нравится.

Шамас усмехнулся и, не выпуская книги из рук, откинулся на спинку кресла. Я поняла, что мы с ним, оказывается, почти одного роста, и сейчас в этих вот креслах оба казались маленькими. В отблесках пламени седые волосы Шамаса отливали рыжиной.

— Я рад, что вам нравится, — сказал он. — А что касается выбора книг, то, думаю, это не самый плохой вариант, с которого можно начать знакомство с литературой нашего мира.

Поверьте, сочинения леди Бланки...

— В разы скучнее, — сказала я. — Я читала историю про леди Франческу и заснула на сотой странице.

— Бедная леди Франческа, — рассмеялся Шамас. — Ну, тогда мне остается только упомянуть о «Письмах».

— Вы не поверите.

— Тоже читали?

Он захлопнул «Истории» и, передавая их, посмотрел на меня исподлобья.

— Знакома с автором, и он показался мне странным.