Зеркала. Темная сторона

Галерея же, если не считать нас, была пуста — и заметно прохладнее, чем комната в замке.

— Пока мы одни, я хочу немного с тобой поговорить, — сказал Кондор. Он шел чуть впереди, буквально на шаг, держа плащ перекинутым через плечо. — Я вижу, ты хорошо понимаешь всю серьезность сложившейся ситуации, и очень рад этому. Потому что от твоего личного благополучия зависит много важных для меня вещей. В этой академии редко бывают женщины, да и вообще... чтобы ты представляла... м...

Он замялся, видимо, пытаясь сформулировать мысли так, чтобы они стали понятны мне.

— У вас патриархальное общество, я поняла. — Чего тут не понять? — И я не собираюсь посягать на его устои.

И пожала плечами, потому что действительно не собиралась строить взрослых могущественных мужиков в мантиях и рассказывать им о гендерном равенстве и социальных правах.

Суровые господа в мантиях смотрели на меня из ниш своими каменными глазами и молчали.

Кондор тряхнул головой, как делал обычно, когда прядь волос мешала ему, или когда его что-то выбивало из намеченной схемы.

Например, моя привычка перебивать его речь ненужными замечаниями или лезть с глупыми вопросами.

— Ты не совсем верно поняла, — сказал маг. — Мы не отсталое общество, в котором женщины абсолютно бесправны, но... Понимаешь, академический уровень магии мало кому доступен, он предполагает наличие Таланта, свободного времени и ресурсов для занятий исследованиями, а это, поверь, редкое сочетание. Юная неопытная девушка в этих стенах — явление такое же дикое, как лесная фэйри в дворцовом саду.

Я привел тебя сюда, потому что здесь есть люди, которые смогут взять тебя под свое крыло и защитить в случае чего. Но это не означает, что ты будешь здесь учиться, и не потому, что недостойна. — Он снова покосился на меня с какой-то странной тревогой во взгляде. — А потому что для того, чтобы стать адептом, нужно знать намного больше, чем знаешь ты. Это дело не года и даже не двух.

Я выдохнула и кивнула, давая ему знак, что поняла.

— А ты учился здесь? — голос меня слегка подвел.

— Да. Я родился и вырос в городе рядом. — Кондор очень тепло улыбался, подозрительно беспечно, отчего все мое желание расспросить о его прошлом раз — и испарилось. — Я тебе больше скажу. — Он приоткрыл передо мной тяжелые деревянные двери, ведущие на широкую мраморную лестницу. — Ты будешь немного... удивлена, когда мы дойдем до ректора.

— Заинтриговал, — хмыкнула я, хотя где-то в солнечном сплетении вдруг словно кусок льда застрял.