Спасти Ивановку

В Благовещенске он остановил свою повозку у конторы ритуальных услуг и, не мешкая, прошел в зал, где были выставлены гробы.

Неслышно ступая, подошел хозяин заведения, невысокий темноволосый мужчина с карими большим грустными глазами навыкате.

— Позвольте представиться: Илья Аристархович, ваш покорный слуга в этих стенах. Выбор большой, как видите. Я помогу вам выбрать и гроб, и все убранство, у нас есть венки, цветы подходящие. Когда будете хоронить?

— Завтра, — вздохнул Спиридон.

Вдруг из соседнего приемного помещения послышались громкие голоса:

— Хозяин здесь?

— Прошу прощения, я ненадолго, — мужчина поклонился и вышел.

Голоса были громкими и встревоженными. Спиридону сделалось крайне любопытно, что же там произошло, и он последовал за хозяином ритуальной лавки. В приемной стояли двое полицейских в форме и какой-то господин.

Господин в штатском представился управляющим гостиничного двора и спросил:

— Вы можете организовать похороны за счет казны? Денег выделят. Немного, конечно, но для самого обычного захоронения должно хватить.

Без венков, без лишних цветов, так сказать. Дело в том, что минувшей ночью в нашем заведении случился небольшой пожар. Дамочка кровать свою нечаянно подожгла, да и угорела насмерть. То ли курила в постели, то ли свечку нечаянно обронила.

— Скорее всего, с папиросой уснула, — поправил его полицейский, — именно на это указывают детали происшествия.

— Получается, родственников нет? — Илья Аристархович деловито записывал себе что-то. — Прощания не будет? Просто похоронить, и все? Были ли у нее при себе документы?

— Документы при ней были, все данные имеются.

Но она при заселении уточнила, что родственников не имеет, едет одна в Петербург, а у нас остановилась в ожидании парохода. По профессии учительница музыки…

Спиридона прошиб холодный пот.

— Погибшую зовут Аглая Всеволодовна? — вмешался он в разговор.

— Да, именно так и звали, — полицейский вопросительно уставился на Спиридона.

— Я ее знаю… знал, двадцать с лишним лет в одном селе жили.

Она и меня учила музыке, и детей моих.

«Господи, разве так бывает, — Спиридона охватили беспримерные переживания и мысли, — в одно время померли! Выходит, соединились влюбленные в лучшем мире! Ну что ж, пусть хоть там им хорошо будет!»

— Вы заберете тело? — спрашивал полицейский уже во второй раз, а Спиридон видел его как сквозь пелену.

— Да, конечно, — опомнился он, — у меня лошадь с телегой во дворе стоит. Я и тело заберу, и все куплю для похорон.