Лана из Змейгорода

И только в домах Ланы и Даждьросы не звучал детский смех, и покосившаяся изба Велибора все больше уходила под землю. Горыныч так и не покидал полюбившихся ему Сорочьих гор.

— Ты действительно веришь, что он когда-то вернется? — спрашивала Даждьроса в особо томительные осенние дни, с затаенной болью глядя на плачею, на которую так и не сменила свой девичий венец.

— Я это знаю, — отвечала Лана.

Первое время она еще просила сестру создать зеркало и показать Яромира. Однако водяная поверхность только шла рябью или затягивалась белесой пеленой, точно слепое око бельмом.

Где протекал путь ящера, не мог сказать даже батюшка. Впрочем, Лана подозревала, что Водяной знал гораздо больше, нежели решался поведать.

Судьбы Велибора тоже оставалась для тех, кто еще о нем помнил, тайной. Зеркало просто застывало льдом или трескалось камнем, и это наводило не на самые веселые мысли. А еще Даждьроса как-то призналась, что видела во сне жуткого двойника ее милого. Вооруженный страшным оружием Нави он вел за собой несметное войско, и кровавый плащ трупов стелился за ним.

Понятно, что похода к Ледяным островам, даже когда Змейгород, залечив раны, обложил непомерной данью Хрустальное королевство и возвел несколько новых крепостей в верховьях Кемы и Вологи, никто не снарядил. И корабля, способного достигнуть острова Буяна, не построил. Тем более что и Кощей, собирая дань на Янтарном побережье и в галатских землях, к Змейгороду больше не приближался.

А потом из очередного похода вернулись братья ящеры.

Потрепанные и злые, так как еле смогли отбиться, потеряв возле Гардара несколько пограничных крепостей и пророча новую попытку Хозяина Ледяных островов пойти войной на Змейгород.

— Мощное войско собрал Кощей, — объяснял старейшинам воевода Бронислав, чьи доспехи еще хранили вмятины от ударов порождений Нави.

— И знаете, кто им командует? — спросил у сограждан возмужавший Боемысл, который теперь возглавлял правое крыло. — Наш Велибор!

— Нашего Велибора больше нет! — строго глянул на него Рудознат, который с особой яростью выступал против похода на Ледяные острова и других попыток освободить прежнего воеводу.

— Есть теперь только бесчестный отступник и изверг народа ящеров Велимор.

— Он предался демону, который его пленил, и принял от него скверну Нави и силу ледяного копья, — бесстрастно пояснил потрясенным сородичам Бронислав.

— Поэтому мы можем лишь его проклясть и навсегда забыть! — заключил Мудрейший.