Изумруд для монстра

Это как большое помещение, только открытое и огороженное перилами, чтобы никто не упал, украшенное различными букетами и мишурой с гирляндами, которые даже в дневное время придают некую загадочность атмосфере. Красиво, просто глаз не отвести. В то время я не смогла бы описать всё так, как сейчас.

На площади возле замка собралась толпа, она ликовала и радовалась торжеству. Здесь были не все, но молва дойдёт до тех, кого сейчас нет. Люди будут пировать несколько дней, пока вино не исчерпается в бочонках, а король не прикажет закрыть врата на свой участок.

— Да здравствует свадьба! Да пребудут с миром новобрачные!

Толпа кричала и желала нашему браку всех благ. Провожатая женщина с проседью в волосах мягко улыбнулась и разлила из сосуда белый напиток по стеклянным бокалам.

— В этот торжественный день вас связывают узами брака… — Голос женщины перекрыл шум толпы; казалось, его слышат буквально все в королевстве и за его пределами, её речь напоминала ту, что произносят в нашем мире. — …Протяните руки, дети мои, — попросила она и уколола наши безымянные пальцы, чтобы окрасить напиток в розовый цвет.

Я потянулась к ближнему бокалу, но Киромир забрал его и протянул мне тот, что был с его стороны. Всё казалось неким сном. «Кровь — нельзя употреблять» — билась мысль в голове, но отказаться я не имела права и пригубила терпкий напиток, выпивая бокал до дна. После этого мир преобразился, стал более красочным и чувственным. Мой ранее хозяин стал мужем и взял на руки, прижимая к себе.

— Поцелуй! Поцелуй! Поцелуй!

Он меня что — поцелует?

Нет!

Хочу что-то сказать, не успеваю, губы затыкают. И меня уносит в водоворот. Ещё никто и никогда не целовал меня так, чтобы тело начинало дрожать от желания. Сама не поняла, как сжала его волосы и прильнула, пытаясь слиться с ним воедино.

Сознание пропадало и вновь возвращалось. Мягкая перина приняла нас, продавливаясь под тяжестью тел. Прикосновение грубых и холодных рук к обнажённой коже заставляло сжимать простыню.

Что со мной? Это безумье… «сон», кажется, никогда не закончится.

Жарко. Внизу живота тугой узел, хочется умолять о большем. Но кажется, он сам не заставит ждать.

— Больно! — Крик заставил распахнуть глаза и оцарапать обнажённую кожу Киромира.

Водоворот чувств вновь захватил в свои сети, не позволяя сопротивляться безумию. Боль сплетается с удовольствием. Холод и жар тел. Пик страсти и умиротворяющий сон.

Утро.