Пропавшая Невеста

Проклиная этот день, кузнеца и весь Андракис Ника натянула платье обратно.

Тем временем наивный Лука не понимал, что происходит. Он переводил растерянный взгляд с взвинченного кхассера на Доминику, которая все больше походила на неприступную снежную королеву.

— Так что с женитьбой? Вы дадите нам добро?

У Брейра нервно дернулась щека. Он уже и забыл и о кузнеце, и о его просьбе.

— Нет, — в голосе звенели стальные ноты, — никаких женитьб.

— Но…

— Я все сказал. Нет.

— Почему? — обескураженно спросил Лука.

Отправляясь к кхассеру за благословением, он был уверен, что тот не станет препятствовать их семейному счастью. А он ведь и в доме прибрался, и заказал у соседа индюшку, и матери сказал, что придет с невестой.

— Кайрон, уведи его, — приказал Брейр, не отводя взгляда от Доминики, — и скажи всем, чтобы никто не смел беспокоить.

Спустя минуту в зале не осталось никого кроме Брейра и Доминики. Девушка, не скрывая горечи, посмотрела на своего хозяина.

Какие же у него глаза жуткие! Как у дикого зверя.

Хищные, пробирающие насквозь. Хотя, чего уж отрицать, он красивый. И если бы их отношения изначально складывались иначе, она бы, наверное, была даже счастлива оказаться здесь.

— Как ты это объяснишь? — он указал рукой сверху вниз по ее фигуре, — к чему был весь этот маскарад?

— По-твоему, я сама, по собственному желанию была зеленой уродиной?

— Я не знаю сама или нет. Это ты мне скажи.

Нике совершенно не хотелось с ним разговаривать и что-то объяснять, но она понимала, что теперь он не отстанет.

— Происки второй Высшей. Она лучше всех владеет мороком и видела во мне угрозу на отборе.

— Так сказала бы.

— Я пыталась, — она горько усмехнулась, — даже несмотря на то, что могла лишь мычать, все равно пыталась. Помнится, к тебе самому приходила. Ты еще тогда сказал, что я никто и ты забрал меня из жалости.

Кхассер практически не помнил тех своих слов. Тогда он был зол и расстроен, и не особо церемонился в высказываниях. В вот Ника помнила все.

Каждое слово, пренебрежительную интонацию и брезгливое выражение лица.

— Я же не знал, кто ты…

— Знаешь, а я даже рада, что так получилось. Что увидела тебя настоящего.

— Да откуда тебе знать какой я настоящий? — возмутился Брейр.

— Поверхностный, падкий на внешний вид, — припечатала она.

Он с досадой скрипнул зубами. Эта Высшая слишком много себе позволяла.

— Так что уж лучше в землянке, в лохмотьях и со старой травницей. Она хоть всегда говорит правду.