Зеркала

Тот улыбнулся в ответ и отвесил глумливый поклон.

В его взгляде можно было прочитать что-то, похожее на благодарность. И осуждение тоже, потому что Кондор в очередной раз тактично сбегал, отговариваясь работой или исследованиями.

На самом деле, Ренар был прав. Это все — печальная ерунда.

***

Стук в дверь отвлек меня от важного дела. Я пыталась разобраться в титулах дворянства, поэтому старательно рисовала в блокноте майнд-карту. К счастью, в моем рюкзаке был и блокнот, и обычная шариковая ручка.

Потому что попытка писать пером, вставленным в деревянный держатель, закончилась чернильными пятнами на пальцах и брызгами.

Я отложила конспект в сторону, встала с дивана и открыла дверь, не спрашивая, кто там.

За дверью стоял Ренар. Приветливая улыбка на его лице сменилась подчеркнутым удивлением.

— А вы очень смелая девушка, леди Лидделл, — сказал он с доброй усмешкой и шагнул вперед — мне пришлось отступить. — Открываете двери, не поинтересовавшись, кто за ними стоит.

— Так в замке же нет чужаков, — парировала я.

Ренар держал руки за спиной и хитро смотрел на меня.

— Ни чужаков, ни призраков, конечно. — Он пожал плечами. — Но я бы на твоем месте все равно спрашивал. Из вежливости. Чем занимаешься?

Он вытянул шею, пытаясь заглянуть ко мне за плечо, словно мог отсюда разглядеть, что там, в моих тетрадках, написано.

Теперь плечами пожала уже я — и спрятала руки за спину, потому что не знала, куда их деть. И что делать с незваным гостем, я тоже не знала.

— Учусь, — сказала я. — Разве у Сильвии нет строгих правил…

— Я ненадолго.

— Что это?

Сверток оказался мягким, словно в нем лежало что-то вроде шарфа.

— Подарок, — пояснил Ренар. — У нас, знаешь ли, есть традиция дарить друзьям подарки на Солнцестояние. До него, конечно, еще пара дней. — Он следил за тем, как я тяну за кончик коричневой бечевки и развязываю узел. — Но мне очень хочется, чтобы твои ноги не мерзли долгими зимними вечерами.

Это были носки, высокие, такие, что достанут почти до колена, из темно-серой шерсти. Я недоуменно моргнула и посмотрела сначала на носки в своей руке, а потом на Ренара.

Я не знала, что и сказать, поэтому просто позволила ему обнять меня и поцеловать в щеку.

Он был теплым, очень, и еще от него пахло дымом, табаком и, кажется, вином. Мне захотелось уткнуться носом в его жилетку и постоять так сколько-то времени, но я слишком хорошо понимала, что этого делать нельзя.