Зеркала

— Но как?

— Как — что? — Кондор чуть склонил голову набок, не отрывая взгляда от существа, которое заставил выйти из Теней. — Как он оказался здесь? Самому интересно. Пикси редко забираются так далеко к востоку от Кимри.

Пикси заметил их быстро, как только перестал отряхиваться от чар, которые, наверное, ощущал так же, как человек — прилипшую к коже тонкую паутинку. Он был похож на крошечную пародию на человека, сделанную из веточек и листьев, с зеленоватой кожей и огромными темными глазами — почти игрушка или статуэтка, порождение фантазии столичного мастера, увлеченного мифами.

С той небольшой разницей, что эта статуэтка двигалась и была наделена разумом, острым и крайне проказливым.

Недоумение, ужас и брезгливость со стороны Герхарда можно было понять. Когда впервые сталкиваешься с изнаночной тварью — или с новой для себя изнаночной тварью, вдруг получившей в этом мире плоть, вес и что-то, похожее на кровь, всегда недоумеваешь и часто пугаешься.

Кондор же не чувствовал ничего, кроме любопытства. Он наблюдал, как существо раскрыло полупрозрачные крылья, похожие на остовы сухих листьев, и ехидно оскалилось, давая понять, что видит волшебников и понимает, кто они.

Рука Герхарда дернулась, на пальцах сверкнули зеленоватые искры.

Как глупо.

— Не стоит этого делать, — почти шепнул Кондор.

Герхард кисло улыбнулся в ответ.

— Да, не стоит, Герхард! — тонким, чуть стрекочущим голосом повторило существо, отталкиваясь от стены и зависая в воздухе. Крылья за его спиной шевелились медленно и словно бы лениво.

— Твоя магия слишком сладкая для меня. А вот с тобой… — Он повернулся к Кондору и глумливо повторил его наклон головы. — С тобой я бы поиграл. Герхард слишком неповоротлив умом.

— Эй! — оскорбился Герхард.

Совершенно справедливо. Воздух рассекла волшебная сеть, на этот раз невидимая, брошенная на фэйри, но тот легко увернулся, взмыв вверх — к потолку.

Герхард засуетился. Наверху, под куполом, были окна без стекла и решеток, узкие прорези в камне, и пикси мог нырнуть в любое из них и вылететь в город.

Один-единственный, он вряд ли был всерьез опасен, но точно наделал бы шума не меньше, чем взбесившаяся лисица или шайка пронырливых маленьких воришек.

К счастью, что-то удерживало его здесь, и фэйри, покружив над головами волшебников, вернулся, чтобы пронестись рядом с головой Герхарда и обидно дернуть его за волосы. После этого он удобно устроился на одной из пластинок песчаника на самом верху арки и поставил локоть на один из носов Двуликого.