Зеркала

Он криво усмехнулся и откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. То ли я попала в точку, то ли наоборот — оскорбила его в лучших чувствах.

— Думай, как тебе больше нравится, Мари, — спокойно сказал Кондор. — Разубеждать не буду. Надеюсь только, что в твоей неглупой голове всё-таки поселилось осознание того, что не стоит ждать от нас ничего плохого. За себя так я мог бы даже поклясться на крови, но, увы, моя кровь — штука слишком ценная, чтобы тратить её на ерунду, которую я могу получить и другими методами.

— Вот как. — Я зло сощурилась. — Зачаровать меня, например?

Он рассмеялся, закинув голову назад, злым холодным смехом.

— Глупое дитя, ты всерьёз ожидаешь, что я буду играть с тобой в сказочного злодея, получившего в распоряжение беззащитную девицу, чтобы над ней издеваться? — язвительно спросил Кондор, отсмеявшись. — О нет, милая, ты — далеко не пешка в той партии, которую мы, два опытных интригана, разыгрываем раз за разом.

Ну, конечно. Гостья гостьей, а в какой-то схеме тебя, конечно, разыграют.

— И кто же я?

— Король.

— Даже так? — искренне удивилась я. — А ты — рука, двигающая фигуры?

— Нет. — Он нервно пригладил волосы. — Рука, двигающая фигуры, сегодня наливала тебе кофе. Я — всего лишь ферзь. Ты — фигура важная, и потеря тебя означает провал для всей партии. А я — та сила, которая стоит на твоей защите.

— И про цель вашей партии, — сказала я, — ты мне, конечно, ничего не скажешь?

Он с ласковой улыбкой покачал головой.

— Уже достаточно того, что я сказал тебе о ее существовании. — Голос Кондора звучал серьезно и прохладно. — Это, считай, предложение сотрудничества.

— Спасибо, — резко выдохнула я, чувствуя, что сейчас или разревусь, или наору на него.

Мне никогда в жизни не говорили, что меня собираются использовать.

Даже когда действительно использовали.

Кондору, кажется, в эмпатии при рождении отказали.

— Что, лучше было и дальше держать тебя за дуру? — спросил он.

— Ах, он, значит, тоже с вами? — сказала я, запинаясь от злости. — И глазки мне строит, потому что у него приказ свыше? А я-то, наивная такая, думала, что это искренняя симпатия.