Погода нелётная

Судя по разобранным пайкам, Маргарета питала слабость к консервированному горошку: он полагался на обед, и на полную укладку в двенадцать пайков горошка не осталось ни одной баночки. Зато и сухое молоко, и галеты оставались нетронутыми.

Макс был не так чтобы склонен перебирать харчами. Но в полях, где не было кухни и когда выдавалось время, приучился собирать из частей пайков что-нибудь неожиданное. В конце концов, типов пайков всего-то пять, и первый из них до фронта никогда не доезжал, а жрать одно и то же неделями надоедает даже вивернам.

Поэтому сейчас он, немелодично насвистывая, колдунствовал над крошечной переносной плиточкой: развёл молоко, плеснул в него промытый рис, щедро закинул сразу четыре кубика сахара, щепотку соли, половину пакетика какао…

Максу нравилось готовить. И пробовать вот так, с кончика ложки, обжигающе-горячее адское варево — тоже. Солнце заглянуло на станцию длинными жёлтыми квадратами, где-то надрывно жужжала муха, Маргарета сердито ковырялась в своих журналах, пыхтя, как оскорблённый ёж, а Макс разделил клейкую кашу пополам, плюхнул по мискам, поставил на огонь чайник, — разве же не хорошо?

— Приятного аппетита, — объявил он и толкнул кашу к Маргарете.

Девушка смотрела на неё кисло. Понять её было можно: блюдо вышло не так чтобы особенно эстетичным. Но кого в каше волнует эстетика, её же не для красоты готовят, а для пуза!

Макс воткнул в кашу ложку.

— Это очень полезно, — сообщил он. — В молоке витамины и микроэлементы для крепких костей, а ещё белок и вообще. Ты кушай, кушай!

Маргарета потыкала пальцем в торчащий черенок ложки. Но потом отщипнула немного и принялась вяло, без энтузиазма жевать.

Впрочем, максова энтузиазма хватало на них двоих, — он пёр вверх, как рис из кастрюли, и грозил выбить собой станционную крышу. Пока Маргарета, такая же медленная и потерянная, собирала сумку в вылет, Макс успел помыть посуду, натаскать воды и выбить одеяло. А когда Маргарета застёгивала шлем, бросил между делом:

— Я пыль приберу маленько.

Она пожала плечами и вышла, а Макс потёр лоб тыльной стороной ладони.