Академический обмен

Ох переборщили мы с плакатами, ох переборщили! Ладно хоть Банни успела матрас застелить, пока мы ужинали, надо только доволочь этого несчастного дотуда, а потом я плакаты уберу…

— Магистрина?

Я аж подпрыгнула, не заметив, когда он обернулся ко мне. А я тут стою, как будто подглядываю за ним!

— Я зашла проверить, устраивает ли вас комната, — деревянным голосом отчеканила я. — Если декор слишком, э-э, техногенный, его можно убрать.

— Нет, что вы! — запротестовал Маккорн, отпуская наконец куст, чтобы поднять ладони в останавливающем жесте.

— Эти рисунки изумительны! И они так гармонируют с цветовой гаммой здесь… Вы, наверное, под них текстиль подбирали?

Я нахмурилась.

— Да нет, я их только сегодня повесила, думала, вам понравится, но…

Как продолжить мысль, я не знала. Маккорн своё неприятие явно не показывал, а упоминать вслух, что он при входе покачнулся, мне не очень хотелось. Природники обычно не гордые, но у этого были всякие странные заморочки.

— Вы их для меня повесили? — выдохнул он, и я с ужасом поняла, что у него глаза на мокром месте.

— Ну, вы же магистр техномагии… — промямлила я. — Я думала…

Я замолчала, не зная, как продолжить. «Я думала, вы оцените» — слишком претенциозно, особенно если учесть, что он явно не оценил. «Я думала, вы потерпите» — просто грубо. Чем я думала вообще?!

— Спасибо, — прошелестел Маккорн и опустился на край платформы, застеленной ковром. — Они прекрасны.

После чего уронил лицо в ладони и натурально расплакался.

Я застыла, как будто меня обратили в камень.

Вот только плачущего природника мне не хватало на десерт! Что я сделала не так?! Я его, что ли, заставляла есть мясо и чистить призрачных лошадей?! А если у него такая тонкая душевная организация, что вид моторного транспорта повергает его в истерику, зачем было лезть в дом некроманта?

Последняя мысль так сильно меня разозлила, что я разорвала опутавшие меня чары и зашла наконец в комнату. По-хорошему, мне надо было этого шута горохового погладить по голове или даже обнять, ему бы от этого полегчало, но я совершенно точно не собиралась делать ничего подобного.

Он мне жизнь не упрощал, а я почему обязана? Взяв с окна горшок с кустом, я бесцеремонно пихнула его Маккорну в лицо и держала, пока он не схватил растение.

— Возьмите себя в руки! — рыкнула я. Да, я знаю, что с природниками так нельзя, но, хтоническая матерь побери, с некромантами так тоже нельзя!

— Простите, — проблеял он, обнимая горшок и пряча лицо в широких листьях.