Академический обмен

— Вы можете просто уйти, вам необязательно терпеть мои причуды.

— Ага, и оставить вас здесь загибаться?! Думаете, мне нужно расследование загадочной смерти природника на моей территории?

Маккорн тут же стих, поставил куст на платформу и вытер слёзы рукавом, затем встал, уставив на меня хмурый взгляд покрасневших глаз.

— Прошу меня простить за этот всплеск, — сказал он глухим голосом без намёка на эмоции. — Он не повторится.

Били его, что ли?.. Да ну, бред, природников нельзя бить в воспитательных целях, они просто съезжают с катушек от этого.

— Мне забрать плакаты? — спросила я, игнорируя все висящие в воздухе переживания. Это стихия сердцеведов, а не моя, и я не собираюсь ничего с этим делать.

— Пожалуйста, не нужно, — ответил Маккорн, и в его глухом голосе проскользнули просительные нотки. — Они не причиняют мне никакого дискомфорта.

Точнёхонько после этих слов по его щеке снова покатилась слеза, и он вытер её настолько злым движением, что я побоялась, как бы полбашки себе не снёс.

Что за хтонь творится у него в голове? И хочу ли я это знать?

— Гм, ладно, — осторожно согласилась я. — Если что, попросите Банни. Вам… ещё что-нибудь нужно?

— Магистрина чрезвычайно гостеприимна, — пробубнил шаман, снова выхолостив свой голос. — Позвольте пожелать вам спокойной ночи.

Я поняла, что он меня выставляет. В моём собственном доме! Нет, я понимаю, что это его спальня, но… Будь он кем другим, так бы и двинула! Но природников бить нельзя.

— До завтра, — огрызнулась я и вышла почти строевым шагом.

За моей спиной раздался шорох закрываемой двери, а потом два щелчка замка. Я снова вскипела: что он думал, я его насиловать приду, что ли?! Потом одумалась: природнику в доме некроманта есть чего бояться и помимо хозяйки.

***

На следующее утро, когда я вышла к завтраку, шамана в столовой не было, но Кларенс передал мне отчёт Банни о том, что Маккорн откушал двумя часами ранее и ушёл осматривать сад. А также что вчера после того, как я оставила его в покое, он всё же отпер дверь и воспользовался нагретой водой для мытья, так что это всё-таки был показной жест, а не настоящая предосторожность.

Как к этому относиться, я не знала, так что решила не относиться никак. Отмучается свои два месяца и съедет, не моё дело.

Маккорн появился вскоре после того, как я закончила завтрак. Он был в тех же брюках и жилете, что вчера, но сюртук не надевал, да ещё и закатал рукава рубашки, словно собирался заниматься ручной работой.