Невесты дракона-императора

Выдавая ей монеты на покупку безделушек или сам покупая ей кукол, он каждый раз не забывал попросить взамен быть доброй и кроткой с мачехой. Агата соглашалась, и, как дочь купца, свое слово держала.

В то же время, баронесса впервые понесла дитя в новом браке, и ей также стало не до падчерицы и ее шалостей. От бремени она разрешилась, родив мертвое дитя и впереди ее ждало еще несколько несчастий, пока на свет не появился Титус.

Пока родители проходили сквозь череду болезненных испытаний, Агата едва ли это замечала. Впрочем, ей и мало что рассказывали.

Из, подаренного отцом, яйца вылупилась Фифи. Агата воспитывала ее и следила за тем, как та делает первые шаги, встав на длинные тонкие лапки. Раз в несколько дней Агата отправлялась в Орлею, и посещала святилище, где у нее появилось множество подруг и знакомых.

Большинство ее новых приятельниц влюбились в дракона-императора за его точеную, дивную внешность. Агате тоже нравилось то, как он выглядел, но, все же, первые ростки обожания, зародились в ее груди, не от просмотров запечатлений в святилище, где красивый, как рассвет, юноша гулял по чудесному саду возле дворца, а совсем иначе.

То ли для того, чтобы дать мачехе передышку от присутствия падчерицы, то ли чтобы порадовать дочь, на тринадцатилетие отец взял Агату с собой в поездку. Они тогда посетили Эривин – крупнейший город Срединных равнин.

Пока отец обделывал свои дела, Агата гуляла по городу вместе со служанкой. Стены Эривина были сложены из голубых камней, добытых с речного дна, высокие кровли укрывала алая черепица, дороги были вымощены белым камнем, а в садах и парках сияли гладью пруды, по которым плавали черные лебеди.

Больше всего Агату поразили не лебеди и не голубые стены домов, а огромная, покрытая тонким слоем настоящего золота статуя дракона-императора в его истинном обличье, высившаяся на главной площади города.

От восторга у Агаты стояли слезы на глазах, когда она разглядывала искрящегося на солнце золотого дракона. Он был все равно, что живой. Казалось, что он дышит, и, что сиявшие самоцветами глаза, смотрят на нее.

Каждая чешуйка на длинном хвосте и извивающихся змеиных шеях, была выточена с невероятным мастерством. Мощные лапы, вгрызались в землю длинными когтями.

Он не был ужасен, как можно было бы подумать. Напротив, это было самое прекрасное создание, которое Агата когда-либо видела.

Ей нравились изображения дракона-императора и до того. Она любила разглядывать фрески и статуи, попадавшиеся на каждом шагу по всей Империи.