Неудача в наследство

Лошадки глухо забарабанили копытами по дороге. Время от времени им на пути попадались небольшие лужицы, и тогда к перестуку добавлялись всплески и чавканье, в подступающей темноте эти звуки слышались тревожно и таинственно.

Глава 77. У омута

Михаил смотрел на сестёр Кречетовых, что сидели напротив, тесно прижавшись друг к дружке. Младшая зябко куталась в ажурную шаль и испуганно вглядывалась в сгустившийся по обочинам сумрак. Старшая сидела отрешённо, взгляд её был направлен точно вперёд, но видела она явно не спину кучера и не дорогу, а что-то одной ей ведомое, возможно к этому миру не принадлежащее.

Солнце уже нырнуло за горизонт, оставив после себя на небе стремительно истаивающую алую полосу.

Михаил смотрел на сестёр, и они впервые показались ему похожими друг на друга. Длинные, густые тени вытянули их лица, занавесили черты от нескромного взгляда спутника. Последние лучи скрывшегося светила вызолотили выбившиеся из причёсок прядки кроваво-красным ореолом. Ольга вздрагивала от каждого доносившегося шороха.

Аннушка не реагировала на звуки, но время от времени на особо тряских ухабах морщилась и потирала виски.

Михаил тревожно гадал, когда она поймёт, что у неё начинается тот самый приступ. Он одновременно и опасался, и ждал этого момента, но приближать его не спешил.

– Тпр-р-ру! Окаянные, – пробасил кучер, и коляска остановилась. – Прибыли, ваши благородия. Дальше пешочком токма.

В окончательно укутавшей землю тьме отчётливо слышалось журчание Буйной.

Старая мельница и омут были неподалёку. Спускаясь на землю и помогая сёстрам выбраться из коляски, Михаил думал, что ночью соваться в лес в компании двух барышень было не самой удачной идеей. Следовало сперва воссоединиться с князем, а может, и вовсе Кречетовых к их папеньке следовало отвезти.

– Погодьте, я щас фонарь засвечу, – пробубнил кучер, откидывая сиденье одной из скамеек и вытаскивая из недр таящегося там ларя футляр с лампой и крупную фляжку.

Он ловко отвернул крышку резервуара и стал переливать туда керосин из фляги.

В нос ударил резкий ни с чем не сопоставимый запах. Ольга вытащила платочек и поскорее прижала его к носу. Анна охнула и зажала нос руками.

– Мы, пожалуй, отойдём на пару шагов, – скороговоркой произнёс Михаил и, подхватив обеих барышень под локти, отвёл их в сторону.

Кречетовский кучер ещё пару минут шкрябал, лязгал и булькал, но в итоге округа озарилась неярким оранжевым светом. Лампа была довольно громоздкой.