Неудача в наследство

Аннушка сунула её в карман и облизала пересохшие губы, только теперь поняв, что провела на берегу целый день, ничего не ела и не пила всё это время. «Не хватало ещё рядом с водой от жажды погибнуть!» – грустно усмехнувшись, подумала она, медленно поднялась и побрела домой.

Глава 31. Ещё немного о прогулках

Утром Михаил распахивал двери малой гостиной с затаённой надеждой, что Степан ещё там. Было любопытно, как тот будет оправдываться за участие в попойке и испытает ли хоть малейшие угрызения совести за то, что употребил ценнейший продукт и невесть в чём хозяина подозревал.

Но позлорадствовать не удалось. Гостиная была пуста, тиха и чиста. Солнечные блики перемигивались на стенах, столешницах и подлокотниках.

Михаил передвинул несколько статуэток на полке. После того как нежданная гостья разбила одну из них, в стройных фарфоровых рядах появилась проплешина. Видно, служанка пыль смахивала, но переставить хоть что-то не решалась. «Ваша матушка так любила эту статуэтку!» – всплыли в памяти слова барышни Кречетовой.

Вспомнилось, что видящие, в силу своего дара, могут с призраками общаться. Получается, Кречетова узнала о статуэтке из первых рук? Призрак матушки бродит по дому? Приглядывает за ним. Михаил поёжился и передёрнул плечами.

Матери он не помнил, да можно сказать, что и не знал. Слишком мал был, когда она умерла, но мысль о том, что эта незнакомая родная женщина могла видеть его в самых неприглядных ситуациях, в самом непотребном виде, пугала. Стало мучительно стыдно. Захотелось тотчас же извиниться, покаяться.

Михаил даже рот открыл на мгновение, но вовремя опомнился и захлопнул. Перед пустым креслом он распинаться не будет! Да и с чего он взял, что Анна с его матерью общалась? Может, здесь дух старого слуги бродит… Или отца.

Стало тошно.

Послышался тяжкий стон-вздох. Михаил дёрнулся. Вскинул голову – всего лишь незапертая оконная створка от ветра колыхнулась, скрипнула. По губам Михаила скользнула горькая усмешка, он тряхнул гривой чёрных как смоль волос и вышел из гостиной, аккуратно прикрыв за собой дверь.

После завтрака полегчало.

Обычная дневная суета отвлекала от маетных мыслей.

Ближе к полудню приехал Андрей Дмитриевич. Разговор, по уже устоявшейся традиции, начали в кабинете.

– У меня, знаешь, вовсе вчера голова отказала. Как мог укатить, о тебе не справившись? Как оправдаться, не знаю, – конфузясь, гудел гость.

– Ну, чай я не старец столетний, сам до дома дошёл, как видишь, – успокаивал его Михаил.