Та, единственная ведьма

С великим трудом удалось разлепить глаза, но увидеть контуры обстановки долго не получилось. Вокруг царила почти непроглядная темень, где единственным источником служил тусклый свет от маленького зарешечённого окошечка у самой границы с высоким потолком. Но так как за ним всё ещё, видимо, была ночь, этого освещения было недостаточно даже для рассмотрения собственных рук. Хотя в одном я была всё же убеждена — лежу я на чём-то твёрдом, неприятно ровном и весьма прохладном.

— Не удобно? — осведомились со стороны мужским голосом, и я резко повернула голову в бок.

Зрение удивительно быстро уловило движение у стены не такой уж и тёмной комнаты. Фигура в плаще с большим глубоким капюшоном неспешно отделилась от неё и беззвучно приблизилась до расстояния вытянутой руки.

Я испуганно встрепенулась и вздёрнула руки в защитном жесте. Оглушающий звон цепей привёл в смятение и ужас. На запястьях, в дополнение к собирающему мою силу артефакту, шли толстые антимагические обручи, соединяющиеся с крепкими металлическими кольцами, закреплёнными на ближайшей стене.

Несмотря на слабость и полное отсутствие какой-либо магии, ловко перебралась в положение сидя и спиной упёрлась в холодную стену камеры. Взгляд ни на секунду не оторвался от тёмной, замершей фигуры мужчины.

— Кто вы? — незамедлительно задала вопрос силуэту. — Что вы от меня хотите?

— А ты ещё не поняла? — с усмешкой задали ответный вопрос, и я стушевалась.

Это и есть мой конечный пункт? Здесь меня убьют? И это тот, кто заказал моё похищение? .

— Я ещё на Армире? — спросила и выжидающе замерла.

Оставлять последние крупицы надежды на крохотный шанс спасения категорически не хотелось. На Армире меня ещё, наверное, можно найти, на другой же планете это вероятность ничтожна мала.

— Да, — недовольно отозвался мужчина, решив вдруг пооткровенничать, — тебя, к огромному сожалению, совсем не желательно забирать у этого мирка.

Я недоумённо нахмурилась.

С чего бы это?

И, словно читая мысли, мужчина пояснил.

— Он пробудил в тебе эти силы, — мне показалось, что говоривший даже брезгливо поморщился, — а это значит и выпускать тебя без её освобождения он не станет. А мне этого не нужно.

— Я не смогу покинуть этот мир с силой? — изумлённо спросила, почему-то посчитав этот вопрос наиболее важным.