Найдёна Чужестранка: книга первая

— Дело у нас было, — ответила Карина, надев на лицо мерзопакостную гангстерскую ухмылку. — Не то, о котором ты подумала… как тебя звать-то, краса болотная?

— Няшей зовусь, — с достоинством ответила «краса».

Карина прыснула.

— Что? Няша прозываюсь. Я — батюшки Болотного средняя дочка. Трясина старшая, а Тинушка молодшая.

— Ох… — простонала Карина. — Прости… Всё в порядке. Накатывает иногда.

Она вспомнила, что читала в интернете: в давние времена няшей называли не миленькую хёнтай-тян (или яой-куна), а болотную грязь.

— А тебя как величать? — спросила Няша.

— Зовусь Кариной, величают Найдёной, да Чужестранкой кличут.

(Герои фэнтези не говорили «Я такая-то» или «Моё имя такое-то», потому что, получив твоё Истинное Имя, нечистая сила завладеет всем твоим существом. Это Карина запомнила, и, оказавшись внутри фэнтези, следовала затверженному правилу.)

Болотная чаровница заквакала и захрюкала — это означало безудержный смех.

— Ты не из гветов ли? — спросила она, просмеявшись.

— В жизни не видела ни одного гвета, — с достоинством ответила Карина.

(«А Неруда, кажется, не наврала. Один-один, мать твою…»)

— Так что, Ка-ри-на, — раздельно проговорила Няша, — долго гостевать у нас будешь? Чую, долго. Оттепель-та на седмицу затянется. Это я точно знаю: в мороз-тот мы, господари болотные, спим, а тут сон нейдёт чего-то. А как с острова уйти, ты не знаешь.

— А ты знаешь? — спросила Карина.

— Мне ли, господарушке болотной, не знать? Есть тропы. Пройдёшь, и коленок не замочишь. Могу показать. Только вот… — Няша притворно вздохнула. — Как быть-то? Пришла ты к нам, а напроситься забыла. Батька на тебя ух рассерчал! А если я тебя отпущу… ох, косу вытреплет. А кому я без косы-той занадоблюсь?

— Я, Няшенька, с волчуками дело уладила, а теперь волхв Дивогость меня ждёт, — сказала Карина. — А оттепель не вечно будет. Установится мороз, схватится болото. Пройду, как по горнице.

(«Перед этим объем все деревья на этом острове, как зайчиха, и похудею так, что меня ветерком унесёт…»)

— Да негоже вынуждать великого волхва себя дожидаться, — вздохнула Няша. — Что ж, пропущу я тебя… Отдашь только то, что дома не знаешь. — Она улыбнулась, явив Карине щучьи зубы. — А теперь, Каринушка, спи, да сил набирайся перед дорогой. Я ведь тебе просто приснилась…

Образ Няши задрожал и растаял.