Задача третья: судиться!

— Тогда да, хочу. Новый опыт, надо же понять, почему все так жалуются и стонут на эту тему.

— У меня есть два очень красивых платья, хочешь, покажу? Может, и не нужно будет ничего покупать? Я быстро! — метнулась я в гардеробную, пока он не отказался.

У мамы было тонкое, невесомое голубое платье в пол от Оскара де ла Рента с открытой спиной. Вроде и простое, но в то же время невероятно женственное. Последние годы я в него не влезала, но со всеми этими школьными стрессами и нерегулярным питанием скинула несколько килограмм, и сейчас оно наверняка придётся впору.

Нежная ткань натянулась на груди, очертила силуэт, заструилась по ногам. Надев первые попавшиеся шпильки, я посмотрела на себя в зеркало и подняла волосы, наскоро скрепив их в подобии высокой причёски.

Ванная Артура уже опустела, поэтому вышла в спальню. Под кожей словно бежали маленькие пузырьки, почему-то стало ужасно волнительно, хотя это всего лишь платье, а он видел меня в гораздо более откровенном наряде или даже без оного.

— В этом платье ты даже эту спальню не покинешь!

Он окинул меня жадным взглядом, а затем оказался рядом буквально за мгновение, накрыл рукой грудь под тончайшей тканью и властно сжал.

Затем развернул меня к себе спиной, прошёлся по позвоночнику дорожкой пьянящих поцелуев и задрал длинную юбку.

Секунду спустя Артур уже сжимал в ладонях мои ягодицы, заставляя сладко дрожать от предвкушения. Сегодня он был резок, но меня это только заводило. Подхватив под живот, он кинул меня на кровать. Подол мягко накрыл меня с головой, я дернулась, приподнимаясь, чтобы избавиться от шелкового плена, но Артур не позволил этого сделать.

Поймав мои руки, он властно прижал их к кровати, сцепив ладонью у меня над головой и, вклинившись коленями, широко раздвинул мои ноги так, чтобы я не смогла свести их обратно. Я почувствовала, как его пальцы отводят в сторону тонкую полоску трусиков. Прижатая грудью к постели, почти полностью лишённая возможности двигаться, я загорелась в ответ на его подчиняющие, доминирующие ласки.

Когда Артур вошёл в меня одним властным, покоряющим движением, я застонала. Его бешеный ритм, эти яростные толчки сводили с ума, разрядка наступила почти сразу. Я забилась в его руках, но не смогла отвоевать ни капли свободы, от чего удовольствие стало только острее.

Сила ощущений и эмоций выбила из меня воздух, заставив задыхаться от происходящего. Сладкие судороги сводили тело, кожа стала сверхчувствительной, и каждое касание вызывало взрыв ощущений.