Ночь

Ночь

Рассушин Владимир Павлович

Ночь

На просторах интернета когда-то существовал такой флешмоб — подробный рассказ об одном дне из своей жизни. Авторы публиковали фотографии и расписывали свои впечатления. Читатель же мог ненадолго прочувствовать полное погружение в чужую жизнь.

Другой важный момент, который стоит обговорить заранее, касается математических определений. Известно, что всю последовательность можно записать, зная лишь один её элемент и его связь со следующим.

Объединив суть выше озвученных мыслей, можно предположить, что этот самый флешмоб помимо прочего являлся ещё и приблизительным описанием всей жизни участника как таковой, если к описанию дня добавить сверху щепотку жизненных ценностей автора, его взглядов и идей.

Теперь начнём.

Я проснулся в тот непродолжительный период, когда ночь уже успела улетучиться, а рассвет ещё даже не коснулся густой темноты на горизонте. Оглядевшись, я отметил — Её не было в комнате. Рядом со мной спала другая. Та, из-за которой я часто забываю о ней напрочь.

Самый важный мой человек, а потому им, конечно же, не место рядом.

Она ждала на кухне, в молчании сидя за столом. Напялила на себя бесформенный коричневый балахон и встретила меня ледяным взглядом.

— Ну доброе утро, — сказал я, — давно не виделись. Я и не знал, что ты зайдешь.

— А я зашла. Покурим?

— Неа. Что-то не хочется, — ответил я, заваривая кофе. Кивнул на вторую кружку. — Будешь?

— Не пью кофе, ты же знаешь.

— Моё дело предложить.

Кофе в то утро был скорее необходимостью, чем наслаждением.

Обжигаясь, я проталкивал в себя глоток за глотком, пока она сидела напротив. Такая далекая и будто бы ненастоящая. Словно даже не моя. Казалось, что между нами и весьма вероятным ужином лежали тысячелетия. Она перевернула свою газету ко мне и ткнула в неё тонким пальцем.

Дважды.

— Посмотри, как скудно, холодно и чёрство. Не дай соврать, я бываю такой красивой. Уж точно лучше, чем вот это.

— Дорогая, ты же знаешь. Ну не фанат я всяческих газетных писулек.

А особенно не люблю, когда они пишут о тебе.

— Да. Конечно, помню. Ты у нас торчишь от книг. Ладно. Там-то порой даже ближе к делу. Такие личности встречаются! Сильные, героические! Правильные… Почти в точку. Вот почти так, как я люблю.

— Хорошо хоть, что ты до сих пор не стала героиней какой-нибудь правдивой документалки. Этот бестселлер обвалил бы нам экономику, — я улыбнулся и подмигнул ей. — Представь! Люди убивали бы за возможность прочесть.