Лиат душа Эсхейма

Но лучше мгновенная смерть, чем мучительная от рук Йорга, — успел сказать лекарь, прежде чем мы вышли в мрачный, тёмный коридор.

— Виллум, зачем вы это делаете? — едва слышно спросила, пристально взглянув на мужчину, — выведите меня отсюда, я никому не расскажу о вас.

— Госпожа, куда вы пойдёте? Род Категай вас не примет, а Йорг не оставит вас в живых, — продолжил представление мужчина, — обряд — ваше спасение.

— У меня есть деньги… я заплачу, сколько скажете, — сделала ещё одну попытку, быстро осмотрелась, выбирая путь к отходу.

Сейчас, когда рядом нет стражи, силы ко мне вернулись, а боль притупилась, можно попробовать сбежать из этого страшного места. Но Виллум будто догадался, о чём я думаю, крепко стиснув мой локоть, поддерживая за талию, повёл дальше по коридору, с тихой усмешкой проговорив:

— Леди Лиат, деньги вам ещё пригодятся.

— Да? Вы так думаете? — неверующе пробормотала, уже совершенно ничего не понимая, и вновь посмотрела на мужчину.

— Род Эсхейм разорён, люди умирают от голода.

Йорг приведёт род к исчезновению, нам необходим иной глава и хранитель. Ваш сын, госпожа… он нужен Эсхейму.

— «Чёртов сумасшедший!» — мысленно выругалась, украдкой покосившись на нож, висящий у пояса Виллума, решила, что я никогда больше не вернусь в камеру к садисту, уж лучше смерть.

— Госпожа, нам сюда, — прервал мои мысли притворно участливый голос мужчины, дверь широко распахнулась, и мы неспешно прошли в просторный, освещённый множеством огней зал.

И сейчас же не менее пятидесяти пар глаз уставились на меня, во многих взорах я успела заметить жгучую ненависть, презрение и полное равнодушие.

Глава 2

— Идёмте, леди Лиат, — мягко подтолкнул меня в спину лекарь, и мне ничего не оставалось, как переступить порог.

После тёмного коридора зал ослеплял. Висящие на каменных стенах сотни ламп нещадно чадили, и в помещении было дымно и очень душно.

Медленно шествуя вдоль суровых, странно одетых людей, которые не сводили с меня свои полные презрения и высокомерия взгляды, я чувствовала, как между лопатками стекает пот, испарина, выступившая на лбу, сползает по вискам, а по спине пробегают зябкие мурашки.

Но вот, спустя несколько тягостных минут безмолвия, мы добрались до небольшого постамента с установленным в центре него каменным столбом. На вершину явно нерукотворного сталагмита уложили плиту, на которой стояла необычная шкатулка с большим, прозрачно-голубым камнем на крышке.