Яблоневая слобода

Вдруг Неверову показалось, что в тени алтаря кто-то стоит. Фигура медленно сделала шаг, затем другой и, проскользив мимо красноармейца, зависла над полом.

У Неверова ком встал в горле. Он узнал это бледное лицо. Перед ним, посреди запертой церквушки, в сотне вёрст от места, где всё случилось, парило воспоминание о дьячке, который скрывался в сарае соседки Неверова. Неверов лично донёс на него, а потом ходил смотреть на казнь.

Вдруг до Неверова дошло, почему дьячок парил над полом, а голова его так странно наклонялась.

Именно в таком положении висело его тело на воротах деревенской церкви, которую позже снесли.

Неверов упал на колени, но каяться и просить прощения он не умел. За одной прозрачной фигурой из алтаря выплыла ещё одна, затем третья, четвёртая… Так они и окружали Неверова – бледные, со связанными руками, кровоточащими ранами, землёй во ртах и в глазах…

А Неверов, лёжа на полу храма, не мог попросить у них прощения. И тогда он вдруг увидел себя самого. Он стоял там, на паперти сельского храма и с ухмылкой следил за происходящим.

Всё раскачивалось, воздуха становилось всё меньше.

«Прости его… прости их…» – пронеслось в голове, перед тем, как петля затянулась.

Целую вечность Неверов видел сам себя, с пистолетом в руках, стоящим чуть в стороне. Пули пролетали сквозь его голову, затягивались петли, летели комья земли, лилась ледяная вода.

И бесконечно звучали мольбы о прощении, каждая из которых прожигала Неверова насквозь, всё его нутро выгорало и испепелялось, снова и снова.

Потом картины исчезли, и Неверов начал тонуть. Он погружался всё глубже и глубже в бесконечную тёплую алую жидкость, он начал захлёбываться. Кажется, пришёл конец. Не такой, как у этих бледных, ускользающих в вечный свет, а настоящий конец, когда дальше нет совсем ничего. И себя там тоже нет.

«Прости меня…» – выплеснулись слова изо рта Неверова вместе с последним глотком воздуха.

Неверов обнаружил себя лежащим на полу церкви. На него печально смотрел иеромонах Никодим.

– Они идут, – проговорил монах.

Неверов скорее почувствовал, чем увидел сонмы багровых теней, кружащих в притворе и снаружи церкви.

– Что же нам теперь… – просипел Неверов, приподнимаясь, но тут сила, которая так долго пыталась вырваться наружу, наконец одержала верх.

Неверов почувствовал, как его тело само собой выпрямляется и наливается мощью.

– Вот она, твоя благодать, – проговорил отец Никодим, который теперь казался совсем низеньким.

Неверов осмотрелся.