Мой бесполезный жених оказался притворщиком

Видимо, это была своеобразная защита от воров и наемных убийц, вот только работала она из рук вон плохо, потому что подловить меня не удалось ни одной из них.

Баронесса Штерн, довольно молодая, но не слишком красивая женщина с большим носом и тонкими редкими рыжими волосами, степенно плывущая впереди меня, несколько раз бросала за спину крайне удивленные взгляды.

На очередном из них я не выдержала.

– Что-то не так? – уточнила я.

Не так со мной было абсолютно все, конечно, но тем не менее!

– Как правило, лестницы вызывают у гостей некоторые… трудности, – невозмутимо ответила баронесса.

– Впервые.

Баронесса сердито поджала губы. По выражению ее лица было ясно, что она крайне мной недовольна. Словно я сейчас нагло обманывала ее.

Удивительно.

То есть ты была бы счастливее расквась я себе нос по дороге?

– И что же, – решила продолжить я эту тему, – всех гостей водят через эту полосу препятствий?

– Нет, есть другой путь, – покачала головой баронесса.

Какой великолепный подход.

Да ты прямо стратег года.

А ничего, что такими темпами я быстрее с травматологом встречусь, чем с императрицей?

Наконец мы добрались до беседки.

Она была совсем небольшой, из белого, сверкающего в лучах солнца камня, увитая лозами винограда, отбрасывающими объемную тень.

И в этой тени сидела женщина.

Она смотрела сторону моря, а затем повернула голову, чтобы взглянуть на нас с баронессой Штерн.

– Ваше Величество, – баронесса Штерн склонилась в реверансе, – я привела Дафну Флорианскую.

И я повторила реверанс за ней, только чудом не завалившись вперед.

Что ж, после стольких лет стоило признать.

Я могла опозориться где угодно, когда угодно и перед кем угодно. Мне для этого даже никакие особенные условия не были нужны.

Я мучительно размышляла, стоит ли мне что-то сказать и главное – что.

“Добрый день!” – как-то фамильярно.

“Вызывали?” – еще хуже.

“Вы что-то хотели?” – вообще кошмар.

– Спасибо, Альбиночка, ты свободна, – сказала императрица, медленно обмахиваясь веером.

И, когда баронесса Штерн развернулась и стремительно скрылась в фигурных кустах, императрица сосредоточила все свое внимание на мне.

Как неприятно.

В конечном счете я выбрала – молчать и улыбаться, но чем дальше, тем сложнее мне было сохранять на лице улыбку.