Девятая невеста

И что еще вы заберете, прежде чем окончательно меня разрушите?

– Я пытаюсь вас…

– Защитить?

Принц поджал губы, а я горько улыбнулась:

– От кого, ваше высочество, вы хотите меня защитить? От врага или самого себя?

– Цесса…

– Леди Цессара, – жестко поправила я. – Будьте добры, соблюдайте приличия. И мне не нужна защита, где я безвольная узница. Соловьи, ваше высочество, не просто не поют в золотых клетках, а погибают. Сначала душой, потом телом.

– Леди Цессара, – процедил принц, а выражение его лица опять стало непроницаемым.

– Если потребуется, я готов посадить вас хоть в сотню клеток и запереть тысячью замками. Пусть вы меня за это никогда не простите.

Я стиснула кулаки.

– Вы правы – не прощу. И вам придется с этим жить – не мне.

Стоило замолчать, как к горлу подкатил жгучий ком, который никак не получалось проглотить. Я подхватила юбку и, взбежав по лестнице, устремилась в холл, а уже оттуда в свои покои. Кажется, принц меня окликнул, но я не обернулась, промчалась мимо удивленной охраны и захлопнула за собой дверь.

Уже лежа в постели и пропитывая подушку слезами, я услышала под открытым окном лязг кольчуги, тяжелые шаги стражи и предупреждение:

– Еще раз упустите леди Цессару, – раздался хрипловатый голос, – и головы вам не сносить! Поняли?

– Да, сэр Ларис! – ответили двое мужчин, а я вздохнула и опять зарылась лицом в подушку.

Принц не солгал и захлопнул на моей клетке уже второй замок.

Глава 14

Остаток дня я провела в комнате.

Плакала, ненавидела принца и только ближе к вечеру соизволила встать на ноги. Но только лишь потому, что услышала предостережение Арвела: если не открою дверь – он войдет без предупреждения, что, конечно же, было приказом Рензела. Кто бы сомневался?

Дворецкий принес поднос с ужином, чему я подивилась, даже вынырнула ненадолго из пучины отчаяния. Обычно Арвел не утруждал себя работой служанки, но тут вдруг решил сам меня накормить. Наверняка дело в том, что я с самого утра игнорировала всех слуг, даже Марьку.

Ни завтракала, ни обедала… Вот Рензел и приказал дворецкому меня проконтролировать.

Однако мне не только кусок в горло не лез – я даже запаха еды не чувствовала, чтобы хоть чуточку им соблазниться. Мой мир резко сомкнулся до размеров комнаты и давил стенами, вытравливая из сознания все краски и ароматы. Не радовало ничего и ничего не хотелось.

Арвел ушел, так и не дождавшись, когда я поем.