Девятая невеста

В его взоре я прочла решительность и участие, будто Арон сделал для себя какие-то выводы, а мне дал молчаливое обещание, что это не последняя наша встреча. Или же я все придумала? От страха и волнения еще не такое померещится.

Арон резко развернулся и, взмахнув мантией, пошагал в западное крыло, а принц опять дернул меня за руку, отчего плечо хрустнуло. Его пальцы слишком грубо и больно стискивали мое запястье, но я терпела. Брови Рензела нахмурились, желваки на скулах задвигались, черты лица заострились, а кожа напомнила цветом снег.

Прошипев что-то невнятное, подозрительно похожее на брань кучеров, он тряхнул рукой, и раздался звук, как треск костра, чей огонь сбил сильный ветер. Волшебное пламя исчезло.

– Ваше высочество, – не выдержала возле ступеней крыльца я. – Мне больно.

– Боль – меньшее наказание за то, что вы натворили, – процедил Рензел.

– У меня останется синяк.

– И будет вам напоминанием, леди Цессара, – он на мгновение ослабил хватку, но потом вновь впился в мою руку. – Больше никаких книг и прогулок даже под надзором Арвела. Будете сидеть у себя в комнате, и чтобы я никогда не видел вас рядом с Ароном.

Каждое его слово вбивалось в мое сознание, точно кол в сердце.

– Говорить с Ароном тоже запрещаю, – жестко закончил принц, а у меня против воли побежали горячие слезы по щекам.

В душе поднялась жгучая обида от несогласия с тем, как Рензел со мной поступает.

– Мне больно, ваше высочество! – воскликнула я и дернула руку.

Случилось чудо или принц все-таки образумился и выпустил меня, но я освободилась и прижала покрасневшее запястье к груди. А Рензел обернулся и опять ко мне потянулся, но замер, когда увидел мои слезы. Искры ярости перестали сверкать в его глазах, а на лице отразилась мучительная усталость и… сожаление? Но мне уже было все равно, сожалеет он или нет.

– Цесса… – подался вперед принц и поморщился, когда я отпрянула.

Меня трясло от страха, злости, обиды. Даже боль в запястье не могла приглушить то, что кипело на душе.

– Я ненавижу вас, – с дрожью выдохнула я. – Ненавижу, потому что вы жестокий человек. Вы уже забрали у меня все: дом, свободу, книги, будущее.