Ведьма по наследству

В голове вспыхнуло и разорвалось еще одно воспоминание — мы с Юлькой танцуем, обнявшись, на барной стойке.

— Яр, я пока не готова идти на такие… — с языка чуть не сорвалось «жертвы», но я вовремя одумалась, — решительные меры.

— Василиса, я не могу жить во грехе, меня это терзает. Я хочу приходить домой к жене, к детям, в уютный дом, а не находить двери в огороде и с замиранием сердца подниматься по лестнице, молясь всем светлым богам, чтобы моя любимая была жива. Разве тебе плохо со мной? Ты так говоришь, будто выйти замуж за меня — это невесть какое одолжение с твоей стороны, — кажется, теперь воевода рассердился, а я чуть не растаяла — он впервые назвал меня любимой.

— Да, ты можешь быть милым и заботливым, но чего ты в итоге хочешь? Засадить меня в дом, наделать кучу детишек и потом свысока отдавать приказы? Ты не одобряешь мои курсы китайского, мой стиль одежды, мой мир. Подчеркиваешь, что я ведьма, как будто сам делаешь одолжение, встречаясь со мной! И ни на какие уступки не готов! — выпалила я.

— Я предлагаю руку и сердце ведьме. Я! Воевода! Разве этого не достаточная уступка?

— Ах вот как? — теперь и я рассердилась. — Понятно, почему ведьмы решили выпустить темного бога! Это же дискриминация! Отношение к ведьмам как к существам второго сорта! Может, мне тоже стоит примкнуть к рядам заговорщиков? Говорят, потенциал у меня что надо!

— Василиса, — светлые глаза воеводы потемнели.

— Подумала, — кивнула я и, встав с кровати, четко произнесла: — Я запрещаю тебе заходить в мой дом, Яр.

Воеводу выбросило из кровати словно ураганом, протащило по лестнице, я услышала глухой удар, зажмурилась. Кажется, когда он вошел в дом, то прислонил за собой дверь, закрыв проем.

— Василиса! — гневный крик звучал вполне бодро. Значит, ничего себе не сломал.

Я легла назад в кровать, укуталась в одеяло и положила на голову подушку.

Вскоре крики во дворе прекратились, потом по коридору прошлепали Юлькины тапки, и я решила тоже вставать. Подругу я нашла на кухне.

— Поругались с воеводой? — вместо приветствия спросила она.

— Угу, — подтвердила я. — А что это ты такое ешь? Тебя часом водяной вчера не укусил?

— Не помню, — страдальчески простонала Юлька.