Слезы Амити

– Это же хорошо, – с сомнением произнесла я.

– Несомненно, – согласился директор. – Но так быть не должно. Поэтому я прошу вас еще раз пересказать все события того дня.

– Я плохо помню…

– Флоренс! – слегка повысил голос директор, но потом вновь заговорил спокойно: – Лаветта, расскажите, что помните.

Я закусила щеку, понимая, что отвертеться от этого разговора у меня не получится. Оставалось только надеяться, что я точно помнила легенду, которую рассказывала вчера, и она не разойдется с тем, о чем уже могли рассказать декан и сам Сенжи.

Глубоко вздохнув, я медленно выдохнула, чтобы привести мысли в порядок и унять дрожь в руках, после чего принялась пересказывать события вчерашнего дня: как Сенжи потерял контроль, как Церара сказала, что Сенжи все еще можно спасти, и как Несс пыталась его защитить…

– Бывает, что мертвые сохраняют часть своего сознания, – сказал директор, когда я прервалась, чтобы перевести дыхание и совладать с воспоминаниями о Несс. – Область, на которой оставили отпечаток сильные эмоции.

Я кивнула, невольно стискивая рубаху на груди, а директор мягко произнес:

– Что было дальше? После Ванессии.

– Сенжи читал странное заклинание, – нахмурилась я. – Его голос и слова были очень необычными.

– Песнь души, – пояснил директор. – Это заклинание высечено на душах некромантов. Никто не может его намеренно произнести, и никто не может узнать его слов до определенного момента.

Поднявшись, директор обошел длинный стол, проведя пальцами по лакированной древесине.

– Эту магию нельзя контролировать, отчего она становится только опаснее. А неконтролируемая магия – все равно что неразрушимое проклятие.

Его темный взор вновь обратился ко мне и словно бы заглянул в самую душу. Я даже пошевелиться не смогла, только смотреть ему в глаза и слушать.

– Грустная и могучая сила, – голос директора надломился. – Несущая бедствие не только для заклинателя, но и для его близких.

У меня по спине скользнул холодок от сказанных слов. Мы все еще говорим о Сенжи?

– Поэтому люди, кто ее получил, одиноки.

– Н-наверное… Да. Скорее всего, да.

Я тяжело сглотнула и осипшим голосом добавила:

– Сенжи сейчас очень одиноко.

– И не только ему, – хмыкнул директор. – Поэтому мне так важно узнать даже малейшие подробности, как было остановлено обращение. Ваш рассказ может стоить души не одному, а многим некромантам.

Он в ожидании приподнял черные брови, что так контрастировали с его белыми волосами на голове.