Слезы Амити

Поэтому когда Фирун вернулся в племя, на него сразу же напали люди вождя.

— Они хотели его убить, но смогли лишь ранить и отравить проклятием. Чтобы избавиться от проклятия Фируну пришлось самому себе отсечь руку. Его раны затягивались долго и мучительно, но благодаря элементу воды Фирун не погиб от жажды, а от голода его спас белый кот.

— Так вот куда он ушел, когда Ашара его освободила! — обрадованно воскликнула Мэй.

— Да, — улыбнулась Сладос. — Ширах Кукуль нашел возлюбленного Ашары и начал о нем заботиться, принося дичь и лекарственные травы, благодаря которым Фирун начал быстро восстанавливаться.

— Лекарственные травы? — удивилась я и призадумалась.

Зная своего Шираха Кукуля, я больше бы поверила, что он принесет букет ядовитых трав, нежели лекарственных.

Вдруг Сладос рассмеялась:

— Понимаю, о чем ты думаешь. Но Ширах Кукуль дитя света, а потому прекрасно знает, какие растения приносят пользу, а какие вред. Ведь растения тоже отчасти дети света.

— Хм… Нужно будет как-нибудь провести эксперимент, — заинтересовавшись, пробормотала я.

Может быть, Котя даже способен отличить качественное растение от некачественного. А то нам с сестрой порой попадались не особо хорошие экземпляры, из-за чего эффект зелий сильно разнился по силе.

«Заодно этот мохнатый вредитель отработает все, что успел сожрать в кладовой!» — коварно подумала я, а мои губы изогнула улыбка, при виде которой Сладос покачала головой и не стала ни о чем расспрашивать.

А Котя приоткрыл один глаз, как-то укоризненно на меня посмотрел.

— Всю дорогу до Фируна вождь не отставал от Араши и продолжал за ней гнаться. Коты сильно его потрепали, выдрали один глаз, но он так и не остановился, а когда увидел возлюбленных в объятиях друг друга, вовсе обезумел от ярости и собрался их разом убить. Однако Фирун за время болезни не бездельничал. В надежде, что все-таки сможет вернуть себе Ашару, он все это время, вопреки боли и лихорадке, учился управлять своей стихией.

И когда вождь собирался погубить его возлюбленную и нерожденное дитя, Фирун явил свою силу. На далекие мили вся вода покинула недра земли. Иссохли растения, погибли урожаи и обмельчала река, более неспособная обеспечить влагой ни людей, ни животных. Даже кровь задрожала в венах вождя и его подчиненных, чем привела в благоговейный ужас.