Слезы Амити

Негоже такое сокровище оставлять вот так просто – без защиты.

– Лав.

– М?

Я обернулась.

– Ты снова меня избегаешь?

– Нет. С чего ты взял?

Вздохнув, он вдруг стремительно ко мне приблизился, а я резко отпрыгнула, чуть не выронив баночку с пыльцой, и ударилась бедром о стол. Но декан всего лишь прошел мимо и, сев на свой стул, язвительно ответил:

– Да ни с чего.

Потирая ушибленное бедро и краснея от стыда, я бросила на него злобный взгляд:

– Ну, ты и…

– И? – поинтересовался декан, когда я так и не закончила – зацепилась взглядом за распущенный ворот, оголяющий часть сильной груди Реджеса.

Сейчас на ней не было и следа от бывших ран, и кожа выглядела гладкой и шелковистой. Все-таки потрясающее это лекарство – пыльца фей.

Декан это заметил, куда я смотрю, и принялся неспешно затягивать шнуровку, отчего я разозлилась еще сильнее.

Белладонна! Нет-нет, не из-за того, что он решил прикрыться, а из-за того, что мог подумать. Я же исключительно в научных целях!

– Ты сам мне говорил соблюдать субординацию! – плюхнулась я на стул позади себя, закинула ногу на ногу и сложила руки на груди.

Лучшая защита – это нападение.

– Бесстыдно… Щеголяю, – тягуче произнес он и усмехнулся. – Опустим тот момент, что ты чуть сама меня не раздела.

В который раз заставил меня краснеть декан.

– Но неужели наследница одного из самых лучших фармагов города Иты-Розарии Флоренс никогда не видела мужчин без одежды и теперь смущена?

Я резко изменилась в лице.

– Ты навел на меня справки! – возмущенно воскликнула я.

Все знали мою бабушку только как Розарию Флоренс. Свое второе имя она почти не использовала, а это значило, что декан покопался в личном деле моей семьи. «Как же это подло – пользоваться своим положением, товарищ лейтенант!» – скрипнула я зубами.

– Естественно, – не стал отпираться декан. – Должен же я хоть что-то знать о той, кого…

Мое лицо вспыхнуло, когда декан на мгновение замялся и хмыкнул.

– Принял в ученики, – после недолгой заминки договорил он, а я нахмурилась, уловив что-то странное и подозрительное в его голосе. Да еще взгляд он отвел. Намеренно. Сам.

Но вскоре он вновь сверкнул на меня глазами:

– И я просил соблюдать субординацию, Флоренс, а не шарахаться от меня, как от огня.

Я фыркнула.

– Какая интересная метафора: «шарахаться, как от огня».