Слезы Амити

Хмыкнув, он прогнулся через стол и, забрав у меня пузырек, немного поболтал его, разглядывая, как в прозрачной жидкости принялись мелькать золотые искры.

– Сама приготовила?

– Да, – ответила я и нахмурилась, когда он откупорил пузырек и понюхал содержимое. – Только…

– Его нужно выпить?

– Да, но… – вновь начала я и почувствовала, как вытянулось мое лицо, когда декан махом осушил содержимое пузырька.

Даже не спросил ничего! О том, что его надо выпить – не считается. Нет, меня, конечно, подкупил акт такого безоговорочного доверия, которое, возможно, было оправдано сильной болью, однако… Никакого пиетета к фармагической культуре! И куда это пропало хваленое: «Я не доверяю ведьмам»?

– Гадость редкостная! – вдруг проворчал декан, чье лицо побледнело, а я обиженно надулась:

– Иногда стоит дослушать, что тебе хотят сказать, – сложила я руки на груди, но тут же вытянула их вперед, неуклюже ловя пустой пузырек, который декан так беспардонно швырнул обратно.

Вот зараза неотесанная! Его же еще надо Октавии вернуть!

– Это бы ничего не изменило, – хмыкнул Реджес и, когда я прижала пузырек к груди, добавил: – Спасибо.

Всю мою злость, как ветром сдуло, и я даже почувствовала, как потеплели мои щеки. Еще бы! Это в первый раз, когда он меня поблагодарил. Вот только Реджес, похоже, особого значения этому не придал. Посмотрев на правую ладонь, он ее несколько раз сжал, после чего довольно хмыкнул и снова взялся за перо.

Я еще раз посмотрела на металлическую баночку раза в три больше наперстка.

– Мое лекарство… очень простое, – произнесла я. – Октавия подсказала, как его усилить, но оно лишь немного обезболит до утра и залечит раны не раньше чем через три или четыре дня.

– Три или четыре дня? Неплохо, – ровным тоном произнес декан, а его рука с пером увереннее замахала над пергаментом. – Мне этого достаточно.

Я нахмурилась, немного помолчала, слушая, как он пишет, но потом все-таки не удержалась и сказала прямо:

– Все же думаю, тебе стоило воспользоваться лекарством Святосток.

– Кажется, я уже намекнул, что не доверяю сварливым старухам, не любящим людей.

– И мне тоже.

Декан замер и как-то странно на меня глянул, после чего опять принялся за писанину, а я пожала плечами:

– Я же ведьма! А ты неоднократно повторял, что не доверяешь ведьмам.

– Сегодня ты вытянула короткую палочку и можешь этим гордиться, – бесцветным голосом сказал он.