Слезы Амити

Из мебели была кровать – в точности такая же, как в нашей с Мэй комнате, шкаф, стол и деревянный стул, на котором лежала обтянутая красным бархатом мягкая подушка. Сенжи взял ее, когда я послушно прошла к заправленной постели, кинул подушку на пол и, скрестив ноги, сел напротив.

– Тебе не холодно? – забеспокоилась я и подвинулась. – Может…

– Да не переживай! – немного натянуто рассмеялся он. – Директор все продумал, чтобы здесь было комфортно.

И положил ладонь на пол.

– Потрогай сама.

Кровать тихонько скрипнула, когда я наклонилась и коснулась каменной кладки.

– Теплая…

– Именно, – улыбнулся Сенжи, но тут же посерьезнел. – Лав…

Его губы побледнели еще сильнее, когда он замолчал и крепко их сомкнул. А уголки моих, наоборот, дрогнули и приподнялись.

– Не знаешь, с чего начать?

Он виновато поник.

– Да.

– Я тоже, – честно призналась. – Сначала хотела обнять тебя крепко-крепко, но директор запретил, и теперь я растеряна.

Моя искренность заставила Сенжи вновь улыбнуться.

– Тогда давай сделаем вид, что мы уже обнялись.

– Давай. И я сказала, что очень скучала.

– А я, что безумно рад тебя увидеть. И… – его губы дрогнули, а голова опустилась, отчего заметно отросшие черные волосы упали и скрыли глаза. – И прости меня.

– Сенжи…

Я не выдержала и тоже сползла на пол, оказавшись напротив него.

– Тебе не за что просить прощение.

– Но я чуть не убил тебя… Вас всех!

– Непреднамеренно.

– Но все же!..

Его стиснутые на коленях ладони задрожали, а лицо на мгновение исказила гримаса скорби и боли.

– Я монстр.

Он запустил пальцы в волосы, а я с жаром воскликнула:

– Глупости!

– Нет, Лав! Раскрой глаза, я…

– Еще раз назовешь себя монстром, я наплюю на предупреждение директора и дам тебе такую затрещину! – подалась ближе и погрозила Сенжи кулаком, отчего его глаза удивленно распахнулись. – Будь ты хоть трижды некромантом, уж поверь – я та еще чокнутая ведьма! Наш декан не даст соврать.

– Ты не чокнутая, – возразил он.

– А какая? Сумасшедшая, раз кинулась в кокон смерти, чтобы тебя из него вытащить?

– Чокнутая и сумасшедшая – одно и то же.

– Да? Тогда придумай что-нибудь свое.

Его скулы напряглись, а я хмыкнула. Пусть… Пусть выскажет все, что накопилось.

– Ты… – пробормотал он и отвел взгляд. – Ты мой герой.

Уж что-что, а этого я точно не ожидала услышать. Сердце в груди екнуло и облилось кровью, а всю браваду точно холодной водой смыло.

– Сенжи… – мой голос надломился.