Издержки дипломатии

— Что значит — Предки с ней?! Это достояние твоей страны!

— Вот ещё ты не начинай, — поморщился он и прижал мою голову обратно к своему плечу. — Я же не даю отбой, копают, спрашивают. Сейчас многие, кто заработал при эльфах, стараются вывезти ценности за границу. На тех, кого ты назвала, мы обратим особое внимание, но сложно в этом потоке выловить одну-единственную корону, даже если она большая и тяжёлая. Может и не получиться. Тем более мы в Агифе ограничены в руках и средствах. И как бы вам с матерью ни было обидно, я не стану подставлять проверенных шайтаров ради куска камня.

Мне гораздо интереснее сейчас найти того, кто убил Афалаев. И спустить с него шкуру живьём.

— Да, прости, ты прав, — тяжело вздохнула я, коснувшись губами его шеи над воротником сцара. Подумалось, что про шкуру Шад говорил отнюдь не в переносном смысле. — Просто… грустно это всё.

— Не дави на меня, — хмыкнул он и залпом допил свой кофе. — Я и так делаю всё, что могу. Коллекционеров шерстят, вывоз саботируют, корону ищут. Мне кажется, кого-то из тех, про кого ты говорила, тоже упоминали.

— И не думала даже — давить, — слукавила я и, отвлекая нас обоих, всё-таки аккуратно слизнула белую сладкую полоску с его верхней губы.

Шад, конечно, отреагировал моментально, его ладонь легла мне на затылок и заднюю сторону шеи, фиксируя, а губы — поймали мои, вовлекая в долгий сладкий поцелуй с лёгким запахом кофе. Я в ответ обняла ладонью его лицо, охотно отвечая на этот порыв.

А что-то всё-таки есть в этом странном напитке…

Мы целовались несколько минут — нежно, медленно, со вкусом и без спешки.

Просто целовались, не дразня друг друга намёками на что-то ещё — у обоих не было настроения дурачиться, а в Шаде ещё ощущалась усталость. В каждом движении, в каждом прикосновении, в отсутствии его обычной страсти и жадности. Ему определённо сейчас куда больше хотелось спать, чем секса.

Я первой прервала поцелуй, напоследок слегка прихватив его нижнюю губу зубами, бдительно стёрла оставшийся след от молока в уголке губ.

Шад слегка улыбнулся, поймал мои пальцы и поцеловал ладонь.

— Мне очень повезло, что ты у меня есть, — негромко заметил он, прикрыв глаза, когда я закопалась пальцами в его волосы, приглаживая встопорщенные пряди. — Не нужно думать над ответом на вопрос, за что я воюю.

— Ты мне льстишь, — вздохнула я в ответ. — Ты ввязался в это гораздо раньше и с куда более серьёзным мотивом.

— Знаешь… — уронил он, задумчиво поглаживая меня по бедру и не открывая глаз. Запнулся.