Опасный дар для гадкого утенка

Вот, а дева должна была получить то ли пять предметов, то ли все семь, но это уж как-то сложно представить… И ещё одно испытание пройти, что-то с предметами сделать крутое. Было?

— Ничего такого, — пробормотала Саня, по-детски скрестив пальцы за спиной.

— Кстати, — вдруг разулыбалась Шун. — Одно к тебе подходит отчасти. Деве должны предложить стать самой крутой ведой, а она откажется, выбрав путь по велению сердца. Вроде как она целительница или решит учиться на целительницу. Думаю, кураторы ещё и поэтому так к нам приглядывались.

— Да, — кивнула Саня, переживая бурю глубоко в душе. Это сколько уже совпадений?

— Так что расслабься, — резюмировала орчанка.

— Нет-нет, — забеспокоилась Саня. — Ещё расскажи. Что ты ещё знаешь про эту деву? Ну пожалуйста. Любопытно же!

— Хорошо, — покладисто кивнула Шун. — Ещё дева должна быть бессмертная, как тот Кощей. Из-за его крови, конечно.

— Ну, — через силу усмехнулась Саня.

— Это точно, — кивнула Шун и нахмурилась, видимо вспоминая ещё что-то про деву-воительницу. — Ах, да — мне дед рассказывал — эта дева может видеть саму магию без всяких приспособлений. То, что никто не может видеть. Источники магии, например, находить.

— Ого! — удивилась Саня, холодея. Те пузыри, которые никто не видел! Те нити силы, которые тоже никто не видит, кроме неё! Она мысленно застонала, но ещё держалась.

— Моментальная регенерация, — усмехнулась Шун. — У обычных вед — это в течение нескольких минут, да? Полчаса, кажется, плюс-минус десять минут. Мучительно, но не смертельно. У оборотней приблизительно часа два-три у младших и час-полтора — у взрослых, в зависимости от повреждения. У меня получше — примерно час до полного заживления. У магов похуже, без целителя или целительских заклинаний будут мучатся долго, от двенадцати до двадцати часов, а то и сутки.

— Да, — заворожённо ответила Саня.

— А у девы-целительницы, думаешь сколько?

— Пять минут?

— Мгновение! Как говорят, «прямо на глазах все срастается», так это не про неё. У девы — миг, и нет раны, без всяких спецэффектов.

— Жуть, — закивала Саня, вспоминая свою обугленную руку на испытании силы в приемной комиссии. Она подняла руку — и та мгновенно стала целой и невредимой. Саня думала, что кто-то её успел исцелить.