Дочь артефактора

Дочь артефактора

Агнешка Норд

Глава 1

Время, проведённое Аксаной между жизнью и смертью, вспоминалось урывками. Если она и приходила в себя в первые часы в целительской лаборатории, то это совершенно не отложилось в её памяти. Это потом Саня узнала, что несколько часов агонизировала, кричала от боли и пребывала в полубреду. В какой-то момент она пришла в себя, дрожащая и слабая, что руки не поднять. И не поняла, где находится и на каком свете. Веки поднимались с трудом, но потолок она рассмотреть умудрилась — высокий, деревянный с балками-перекладинами.

— Где я? — первым делом спросила, надеясь, что ей кто-нибудь ответит. Она же не знает — успела вернуться в Академию или осталась в казематах Кощея.

С трудом повернула голову и встретилась взглядом с Игнатом Ильичом. Удивилась страшно.

— Горец? — вырвалось сиплое и обрадованное — свои. От облегчения словно камень с души упал — спаслась.

— Можешь звать меня папой! — удивил её Игнат. — Хорошо меня видишь?

— Шутите? — прошептала она потрясённо.

Не вязался её Горец с таким странным юмором.

— Не имею такой привычки, — Игнат мокрой прохладной тканью осторожно протёр её лоб, щёки и смочил пересохшие губы. — Пить тебе пока нельзя. Что касается нашего родства, ты моя дочь, Аксана, как я и подозревал.

Саня онемела. Такого знакомства с родителем она не представляла ни в мечтах, ни в кошмарах. А Игнат так спокоен, словно сообщил о погоде за окном. Ей же хотелось вопить от странных переполнивших её чувств, и тысячу раз переспросить, точно ли он это сказал или она бредит на фоне болезни и патологического желания отыскать родителей.

Стыдно вообще-то о таком мечтать в двадцать пять лет. Взрослая девка ведь, тётка, можно сказать. Некоторые в её возрасте мамой становятся, а иные нескольких детей имеют. И в семнадцать мечтать о папе и маме тоже стыдно. Но до мозга её всё же дошёл свершившийся факт, и теплота разлилась по всему телу, в горле появился ком, а в глазах защипало от непролитых слёз.

— Правда? — удалось вытолкнуть хриплый вопрос через пересохшие губы.

— Целитель ДНК-тест провёл, настоял, — буднично поведал Игнат. — Сможешь ознакомиться позже, недоверчивое дитя, если не веришь моим словам.

— Верю, — губы Сани искривилась, хотя совершенно не собиралась рыдать. — Простите…

— Можешь на «ты», ящерка, — устало ответил отец. — Как себя чувствуешь?

— Счастливой, — прошептала Санька, не доверяя своему голосу. Разревётся ведь, как ребёнок.