Опасный дар для гадкого утенка

— Шун, ты что, такая богатая? Ты хоть представляешь, сколько он стоит?

— Представляю, — ответила Шун спокойно. — У меня из них игрушки были. Большие игрушки — целый зверинец. Один умелец выточил. Я напишу домой, чтобы мама мне выслала волчонка, очень тебя напоминает. А это так, на карманные расходы дали, самый маленький тебе подарила, знала, что станешь... отказываться.

Саньке показалось, что она хотела сказать «ломаться». Гарик, видимо, о том же подумал, потому что покраснел, положил таинственный подарок в карман, коротко поклонился и вышел из их комнаты, аккуратно прикрыв дверь.

— Как думаешь, обиделся? — спросила Шун, когда они остались одни.

— Переживёт! — отмахнулась Саня. — Лучше скажи, что за подарок ему дала. Интересно ведь.

— Покажу, — оживилась Шун, бросаясь к своему баулу и шустро справляясь с завязками. Скоро она выложила на стол небольшой узелок. — Смотри, тут есть и симпатичные. Но обещай, что выберешь один себе или не покажу вовсе.

— Жестоко, — хмыкнула Саня, очень понимая сейчас чувства Гарика. — Я не стану ломаться, так что открывай.

Шун фыркнула, усмехнувшись, и развязала узелок. Таких крупных драгоценных камней Саня даже в кино не видела.

— Откуда? — вырвалось у неё невольно.

— У папы прииски, — пожала Шун плечами. — Мы не бедствуем. И никто к нам не суётся. Правда, меня просили не светить этими камешками, только в исключительных случаях. Деньги у меня есть тоже, эти не для продажи. Ну так что, выбирай.

У Саньки разбегались глаза. Взять такое богатство себе было очень сложно. Выбрала самый мутный камешек с явными изъянами с одного бока.

— Передам внучке по наследству, — полушутливо вздохнула она, любуясь небольшим булыжником на своей ладони. — Спасибо, Шун. Не знаю, как тебя отблагодарить.

— Сань, ты ничего не забыла? — засмеялась Шун. И добавила серьёзно: — Камни нельзя съесть, ими не залечишь смертельную рану, их сложно продать, но можно легко из-за них потерять голову в буквальном смысле.

Саня перестала улыбаться, слова Шун её потрясли. Повинуясь порыву, Саня шагнула к орчанке и обняла её. Шун напряжённо застыла, и Саня сразу отпустила её, чувствуя неловкость. Орчанка явно не была приучена к объятиям.

— Знаешь, я рада, что ты будешь жить со мной, — вздохнула Саня. — Давай ляжем пораньше спать, что ли. Тем более, ты почти не спала прошлой ночью.

— Я только за, — Шун кивнула и пошла к своей лежанке.