Последний жрец

Расходились по домам, как я понял по ободряющим хлопкам по спине, почти друзьями, так что я был официально принят в мытарскую братию града Трейла.

На следующее утро Илий, когда увидел меня, только вопросительно поднял бровь, будто спрашивая, где уже ставший привычным кошель с жалованием. Я ничего ему не ответил: завтра на работу, там и заберу свои деньги у Михиуса.

В этот выходной гулял дольше обычного. Изучил верхний город — все же выделил на это деньги, а после зашел в уже ставшее привычным и знакомым святилище.

После попойки с мытарями, работать стало даже проще. Быстрее выполнялись просьбы, легче шли дела. Я уже заканчивал отчетность за последний год и подготовил большую часть материалов еще за два года, так что в данный момент работа была поставлена на поток. Я проводил финальные расчеты, сверяясь со своими записями арабскими цифрами на навощенных дощечках, а Онг старательно заносил данные под мою диктовку в заранее сшитую амбарную книгу.

Как я и ожидал, и в баронском учете закрались те же ошибки, что и у головы Сирдона — расхождение мер с итоговой стоимостью в пересчете на кло.

Недостача составляла порядка семисот золотых только за прошедший год, при общем обороте по натуральному оброку на все княжество в двенадцать тысяч с лишним — крайне и крайне значительная сумма. В наличных деньгах же все было практически идеально, я еще на середине работы понял, что цифры приходов с отмеченными в книгах учета бьются идеально.

Если бы я был в норме, я бы очень сильно напрягся.

Налицо вырисовывалась коррупционная схема, при которой кто-то целенаправленно обносил барона, причем делал это виртуозно, пряча хвосты то тут, то там, не давая поводов для глубокой проверки.

На мытарей было думать бесполезно — они, в основном, работали со звонкой монетой и часто под личную ответственность собирали налоги. Кроме того, каждый наличный кло было легко проконтролировать. С натуральным оброком было все намного сложнее, потому что каждый, кто выбирал эту форму налогообложения или был обязан платить еще и «натурой» по решению барона, нес, что имел.

В итоге у меня было более полусотни позиций: от привычной пшеницы, капусты и муки, до таких экзотичных вещей, как сушеные травы, лечебные грибы или, не будь сказано, памятные по Сердону щенки борзых.

И вот именно в этом хаосе кто-то очень грамотно дергал за ниточки.

Я четко знал, что один человек провернуть такое не способен — тут действовала большая группа, причем весьма тонко и системно.