Мама для Совенка. Часть первая

— А я не боюсь темноты, — вдруг нарочито бодро проговорил Аль, и Юля была ему благодарна за смелость и поддержку. Он словно почувствовал ее сомнения и теперь сигнализировал: «Все в порядке, три дня в темноте меня не пугают». Потрясающий ребенок!

— Раньше его в этот зал и силком было не затащить, — еле слышно прошептал на ухо Фильярг, добавив: — Вот что вы делаете с мужчинами, Юля.

И кажется, он имел в виду не только Совенка.

— Так что у нас с блюдом? — вернул всех на землю Третий.

— Орехи, — выпалила наугад Юля единственное, что смогла хоть как-то идентифицировать.

Тарелка подмигнула лимонным.

— Отлично, — похвалил Третий, добавляя еще два незнакомых ингредиента.

Фильярг разгадал соус, и первое блюдо, засветившись белым, исчезло со стола, а их ощутимо потащило вверх. И ужин начал Юле нравиться.

Дальше пошло веселее. Первую попытку отдавали Алю. Деть справлялся неплохо, ошибался, не без этого, и тогда тарелка мигала малиновым. Потом наступала очередь Юли. Высочествам было плевать на то, что она ничего не смыслит в местной кухне, они наслаждались самим процессом кормления, безбожно подсказывая ответы.

— Это тапунское национальное блюдо, его надо есть руками.

Она мысленно взвыла... В слабой надежде толкнула край стола, но на выдвинувшейся полочке нащупала пустоту... Сказано — руками, значит, никаких столовых приборов для иномирянки. И ни малейшего понятия о гигиене у местных...

— Но сначала ополоснем руки.

Нет, о гигиене здесь все же слышали... Раздался четырехкратный стук, и по одной чаше с водой приземлилось перед каждым на стол. Юля зашарила по поверхности, но сделать ей что-либо не позволили. Четвертый не только омыл «свою» руку, но коснулся губами каждого пальчика. Третий ограничился водными процедурами. А когда Юля попыталась возмутиться — чувствовать себя куклой было непривычно, да и неудобно, — ее заверили, что исключительно ради пользы дела стараются.

— Над нами только стол его величества, — поделился «радостной» новостью Третий, явно намереваясь за ужином обойти папашу, наплевав на авторитет родителя.

— Если вы разольете воду или уроните еду, начислят штрафные баллы, — добавил Четвертый.

Суровость правил заставила Юлю скрипнуть зубами.

— Меня бы устроило и почетное второе место. — Она высвободила конечности из рук братьев.

Ситуация ее слегка напрягала. Если интерес Четвертого она уловила давно, то Третий нервировал своим вступлением в игру.