Паргоронские байки. Том 5

Украла какой-то жетон, который не дает ее сыскать, не позволяет обнаружить.

– Эртугео, хороший мой, скажи, не находили ли в твоих владениях бесхозных смертных? – почти жалобно вопросил Латриум. – Ты ведь граничишь со мной.

– Если и находили, то мне не докладывали, – с сожалением ответил Эртугео.

– А… у… – невнятно пробубнил Бубоч.

Он не хотел влезать. Не хотел обращать на себя лишнее внимание. Но Латриум уже заметил его волнение, почувствовал, как в разуме загорелась вспышка узнавания.

– Сказать чего хочешь, храк? – внимательно посмотрел он на него.

– А… э… а я видел бесхозную смертную! – заговорил Бубоч.

– Какой ты интересный храк, Бубоч, – внимательно посмотрел теперь и собственный барин. – Все-то видишь, все-то знаешь. Ты вообще работаешь ли? Может, ты просто по лесам бегаешь и айчапов пинаешь?

– А… о… не, господин, работаю целыми днями не покладая рук! – заверил Бубоч. – Сегодня на рынок просто шел, инструментов купить и подкормки для мясной горы! Говорят, если раковинами подкармливать, то витаминов и минералов больше будет.

– Правда, – нетерпеливо взмахнул рукой Латриум. – Но ты о наложнице моей говори.

– А, да!.. Ну вот иду я, иду, думаю о том, как хорошо у нас все в гхьете обустроено, спасибо его милости и барону доброму, а тут гляжу – смертная бесхозная!.. Ну как бесхозная смертная?.. это не дело!.. Ох, ох, вот я и хотел вам возвернуть, да не успел – нодохом ее задавил!

Латриум пристально уставился на Бубоча, а тот моргал честными и глупыми глазами.

– Какого хера у тебя по гхьету нодохомы катаются и моих наложниц жрут? – брюзгливо спросил он, приглашая Эртугео чаю попить.

Бубоча снова с собой не посадили, а в сторонке поставили. И покушать ничего не предложили уж. Бароны от народа уже слишком далеки. Мещанина бы, может, пригласил бы еще, а его, простодемона – спасибо, что не бьет.

После таких новостей-то.

– Да не могу я за каждым нодохомом уследить, – сказал Эртугео почтительно, но твердо. – За ними легионеры следить должны, это к ним нодохомы приписаны. Он, верно, из Четырнадцатого легиона… я, кстати, поэтому и пришел. Известить о вопиющем случае непослушания. Десятеро каких-то чрепокожих убили гохеррима.

– Всего десятеро?.. Гохеррим-то, видать, хилый был.

– Это уж я не знаю, как там у них вышло.