Галлон спирта

* * *

Маркуша начал разговор со стариком все о том же – ценностях книг, о последней повести старика, которую он прочитал не без удовольствия, но которую сейчас критиковал только потому, что, наверное, хотел по-доброму отомстить (если бы Маркуше сказали, что по-злому, он наверняка бы обиделся) за стариковские насмешечки.

* * *

Повесть эту он прочитал позапрошлой ночью на одном дыхании, так здорово увлекательно она была написана.

Но сейчас, когда разговор зашел о ценностях писания книг, он обнаружил, что не все в книге ему нравится.

Ну, к примеру, зачем старик так жестоко поступил со следователем. И разве реально, что этот следователь так себя вел: зачем ему понадобилось следить за совершенно безвинной молодой парочкой?

Правда, там все это объясняется, есть подозрение в том, что они причастны к убийству. Но как-то все это очень уж фантастично. Зачем писать о том, чего не было и быть не могло?

* * *

Он и задал этот вопрос, откуда старик взял эту историю.

Старик усмехнулся такому вопросу, который, наконец, Маркуша сформулировал четко.

– А все из жизни, ничего от себя не выдумываю. В детстве я все выдумывал: например, мать моя была продавщицей в магазине книг (вот, наверное, почему я стал писателем), а я всегда представлял ее королевой в королевстве знаний, где живут герои тех книг, которые она охраняет. И это выдумывание так далеко зашло, что я перестал ощущать действительность.

– Как это не верил? – удивился Маркуша.

– А вот так. Вот вы, к примеру, говорите, что идете на работу, а я не верю. Не могу представить, что это за работа. В моем воображении вы могли идти или охотиться на мамонтов, или в далекое плавание, а на скучную работу, где бы целый день занимались заполнением цифрами каких-то бумаг, такое в моем понимании жизни было недостойно человека вообще.

* * *

И это зашло довольно далеко, так что моей матери пришлось повести меня к врачу.

Меня с трудом устроили на работу в уважаемую газету. И вот однажды меня направили написать очерк о сталеваре. Это была моя первая командировка.

* * *

Я приехал на место, походил по заводу, встретился со своим героем, поговорил с ним. А когда приехал домой и сел писать, понял, что мой герой совершенно мне не интересен.