Галлон спирта

Маркуша был бездетным одиноким человеком, давно уже на пенсии. Он любил поговорить, поэтому в шахматном клубе проводил большую часть своего времени.

Маркуша читал все произведения старика, у него не было языческого преклонения перед словом, поэтому он часто позволял себе говорить такое о книгах своего партнера по шахматам, что другой давно на месте старика с ним бы уже не разговаривал.

Но старику такие разговоры, похоже, даже нравились больше, чем простые восхваления, кто удивлялся уже одному тому, что именно этот человек – вот он, живой – написал эту книгу.

* * *

Малообразованные и малограмотные всегда относятся к книгам с вожделением (конечно, не все, а только те, кто любит тайны) еще и потому, что им неясно, как эта книга была сделана.

Как делают обувь, они знают, как пекут хлеб – тоже. А вот книга…

* * *

– Вам мат? – поднял радостные глаза Маркуша.

– Ну, до мата тут еще далеко, – улыбнулся тонкой улыбкой старик, – ты, Маркуша, вечно торопишься, а я вот предусмотрел…И старик пошел своим королем влево.

– Отступаешь, – потер руки Маркуша. – Глаза его загорелись, он почувствовал близкую развязку.

Маркуша сделал ход, аккуратно поправил пешку. По этому движению было видно, что он доволен собой.

– Ты скажи, – обратился он к старику, – неужели твоя последняя книга, которую я прочитал, через сто лет будет нужна? Что в ней интересного?

– Ты, какую, Маркуша, имеешь в виду книгу?

– Да вот ту, где произошло это зверское убийство?

Во-первых, это все надумано, такого вообще не может быть; во-вторых, такие истории могут щекотать нервы только современникам.

Да ты, Маркуши, литературовед, – сказал старик, неожиданно разворачивая битву на другом конце доски.

Маркуша, всегда видящий лишь какой-то один отрезок фронта, проследил за движением руки старика: там оставался один ход до мата.

* * *

Маркуша погрустнел. Вечно этот хитрый старик вовлечет его в возню фигур на одном конце, даже доведет дело до того, вот как сейчас, что останется один ход до мата, а потом вдруг одним движением на другом конце резко изменит ситуацию.

– Сегодня у меня что-то не идет, – сказал Маркуша, сгребая шахматы. – А я вот хотел кое-что узнать.