Жена повелителя эльфов

Однако заглянув в гардероб, что прятался за неприметной дверью в стене, я не нашла ни единого предмета женского туалета. Хотя… некоторые туники моего жениха волне можно было бы надеть в качестве платья… По крайней мере, в моем мире.

Вот только мой мир остался в прошлой жизни. Вспоминая одежду служанок, целительницы, да и собственное розовое окровавленное платье, я решительно сделала вывод, что этот гардероб – исключительно мужской, вещей Ленариэль тут нет и в помине.

Значит, идем искать мою спальню.

Кстати, повелителя и Вериселя и след простыл. Интересно, далеко ли отсюда кабинет моего жениха, куда они должны были отправиться? Я бы не отказалась послушать, о чем они будут говорить. Да, новый мир плохо на меня влияет.

Выйдя в следующую дверь, я обнаружила гостиную.

Почти сразу же дверь напротив открылась, впуская Ранимиэль.

– Лиирра Ленариэль, – поклонилась целительница. – Мне велено проводить вас в спальню.

– Да, спасибо, – улыбнулась я. – А мне хотелось бы с вами поговорить.

– С вашего позволения, я распорядилась, чтобы в ваших покоях накрыли стол. Как целитель, я настаиваю на усиленном питании. Вам нужно восполнить потерю крови и…

– Да, я полностью согласна с вами насчет питания, – улыбнулась я. – Ведите.

Услышав про еду, я поняла, насколько проголодалась. А новость о том, что меня уже ждет накрытый стол, мгновенно подняла настроение.

Покои, куда меня повела Ранимиэль, оказались совсем близко, буквально за следующей дверью.

Пройдя гостиную и спальню, оформленную в светло-розовых тонах, мы с Ранимиэль оказались на террасе. Если интерьер комнат почти не оставил впечатлений, то здесь я замерла в восхищении.

Во-первых, потому что тут был стол, уставленный всевозможными кушаньями, источавшими очень соблазнительные ароматы. А во-вторых, от вида, что открывался с балкона.

Внизу был разбит нереальной красоты парк. О нем можно было сказать просто: это тот самый случай, когда природная красота доведена до совершенства. Ровные аллеи, обрамленные фигурами зверей и птиц, созданных из цветущих кустов, вели к купам деревьев с золотой корой и изумрудными листьями.