Калейдоскоп юности

Остановившись перед домом юноши, мы стали прощаться.

– Дай мне свой номер, Санада-тян, – попросил он. – Обещаю, что не буду надоедать.

– Тогда надоедать буду я! – это было смелое заявление.

– Ха! – усмехнулся Эрнст. – Ну, ладно. Тогда я буду писать на немецком.

– Злюка! – я изобразила обиду.

– Ну-ну, Санада-тян, будет повод выучить язык, чтобы слушать немецкие группы.

– Слушай, – решительно начала я. – Мы же теперь пара. Называй меня по имени.

– Макото-сан?

– Ты всегда такой официальный?

– Макото-тян?

– Вот, уже лучше, Эрнст-кун…

– Ты так и не ответила на счёт аквапарка, – напомнил он.

– На следующих выходных я свободна.

– Значит, так и поступим… Ладно, тебе пора, а то дома будут волноваться.

– И это – всё, что ты можешь сказать своей девушке на прощание? – поддела его я.

– Ц! Вот ведь… – я и сделать ничего не успела, как парень в одну секунду оказался вплотную ко мне, обнял меня за плечи и притянул к себе. И наши губы соприкоснулись. «Это ведь мой первый…» Я даже не знала, что делать в такой момент.

Стоя посреди улицы в подвешенном состоянии, я едва сориентировалась. «Ах так, вредный хитрюга!» К своему удивлению, я поняла, что не хочу прекращать это. Наоборот, во мне разгорелось желание подразнить Эрнста, и я не дала ему разорвать поцелуй, взяв его голову в свои ладони. Вместо этого я стала дразнить его, настаивая на продолжении. И он принял мои условия.

И только звонок мобильного в моём кармане заставил нас прекратить и отпустить друг друга.

Я ответила маме, что уже еду домой, чтобы она не волновалась, и посмотрела на юношу. Мы стали смеяться от нашей шалости.

– Напиши, как доберёшься до дома, – попросил он строгим тоном, когда смех прошёл. – Ладно?

– Хорошо. Я думаю, всё будет в порядке.

– На всякий случай. Мне так спокойнее.

– Спасибо тебе за сегодня.

– И тебе. Я… – тут слова замерли у меня комом в горле. «Могу ли я это сказать ему? Я уже хочу сказать эту заветную фразу, но могу ли?»

– Я люблю тебя, – он опередил меня в этом.

– И я тебя, – мне стало немного грустно, что не я первая сказала ему.

– Не унывай, – подбодрил он меня.

– Доброй ночи тебе, Эрнст-кун.

– Доброй ночи, Макото-тян.

Как бы мне не хотелось остаться с ним ещё немного, но надо было ехать. Сев на Веспу, я дала газу несколько раз, и сорвалась с места в вечернюю тьму. На сердце у меня, наверное, пели птицы. Этот день, день летнего фестиваля во втором классе старшей школы я запомню на долго.