Калейдоскоп юности

– Что это было? Это было словно…словно чудо…

– Это была песня одной немецкой группы, – улыбнулся он. – Песня о Звезде. Человек поёт песню для Звезды и просит её оберегать его в жизни и даровать ему свет надежды, – голос Эрнста звучал непривычно мягко. – Наверное, у каждого из нас есть своя Звезда, к которой мы обращаемся в разные минуты.

– Да, ты прав, – тихо проговорила я.

– Теперь ты знаешь немного о том, что меня печалит и радует, – сказал парень, убирая наушники. – Тебе это нравится?

– Да, – кивнула я.

 – Это очень…необычно. Но я рада, правда…

– Тогда, я тоже рад, – в свете фонаря я видела, как блестят глаза Эрнста-куна. – Я бы тоже хотел узнать о тебе больше. Ты очень разная. То ты меня стесняешься, то наоборот, ведёшь себя словно лихая байкерша. Иногда ты словно преодолеваешь какую-то часть себя, чтобы казаться сильной. А иногда боишься простых слов. Мне нравится, какой ты бываешь, когда набираешься смелости и проявляешь характер. Мне бы хотелось видеть это чуточку чаще.

– Это… – я с трудом стала понимать, к чему он это говорит.

В памяти тут же всплыли мои слова, сказанные несколько минут назад, я осознала, что это и есть его ответ. Но всё же решила уточнить. – Ты бы хотел…встречаться?

– Не знаю, можно ли это так называть, – задумчиво оценил он. – Но да, я бы хотел быть с тобой ближе, Санада-тян.

Я замерла от его слов. Казалось, что это потрясёт меня до глубины души, как взрыв, но они удивительно мягко легли в мою душу. То ли это из-за песни, которую я слушала, то ли он умел так говорить, что я не чувствовала шока, но мне было радостно и приятно от его предложения.

Я ощутила в душе непривычное тепло, сердце приятно забилось в груди, а мне захотелось улыбаться. И это не было шоком для меня. Словно та самая магическая песня сама всё сказала мне о его чувствах.

– Ты будешь со мной встречаться, Санада-тян? – уже напрямую спросил он.

– Да, – выдохнула я с облегчением, понимая, что говорю то, что хотела сказать всё это время.

– Ну так выше нос! – неожиданно весело подбодрил меня парень, и мы рассмеялись.

Потом мы послушали ещё несколько немецких песен, значение слов которых Эрнст мне вкратце описывал. Язык у его народа очень странный. С одной стороны, он кажется грубым и громоздким, а ещё в нём много шипящих звуков. Но иногда он похож на мурчание кота или ласковый шёпот, навевающий хорошие сны.

Однако, долго задерживаться мы уже не могли. Время поджимало, и, сев на мою верную Веспу, мы вернулись в город.