Иезуит

– Может быть, вы знаете такую самоотверженную девушку? – спросил совершенно спокойно отец Лефевр.

Диана в отчаянии опустила руки. «Им все известно, – промелькнуло у нее в голове, – они все знают, а я, глупая, еще хотела тягаться с ними… С такими союзниками я буду – все, без них – ничего; мне необходимо решиться». И, повернувшись к иезуиту, она спросила:

– Отец мой, угодно ли вам выслушать мою исповедь?

– Я готов, дочь моя, – отвечал иезуит.

– Вы знаете, святой отец, что я дочь графа де Сент-Валье, этого благородного вельможи, который помог герцогу Бурбону в побеге, за что был приговорен к смертной казни.

Никакие мольбы друзей и родных не могли укротить гнева короля Франциска. Тогда я кинулась ко двору, бросилась в ногам монарха и… Не правда ли, святой отец, это был страшный грех?

– Нет, – отвечал иезуит, – это не был грех, а долг дочери.

– Король Франциск принял меня благосклонно и тотчас приказал отложить исполнение казни, назначенной на другой день. Когда он меня поднял, стоявшую на коленях, он мне шепнул на ухо: «Сегодня вечером я тебе отдам прощение твоего отца».

Я хотела протестовать, но король холодно прибавил: «Скажи нет, и голова графа де Сент-Валье покатится с лобного места на Гревской площади». Святой отец, я любила отца, притом же казнь вела с собой опись имущества, я бы осталась одна на белом свете, бедная, без всякой надежды… Я пала. Не правда ли, святой отец, – это был большой грех, непростительный?

– Да, если бы это совершилось для вашего личного удовольствия, – но вы спасли отца.

Вас Бог не покарает, а, напротив, наградит за самопожертвование.

– Благодарю вас, святой отец, но это не все… король несколько раз приходил ко мне. Впоследствии он выдал меня замуж за господина де Брези. И потом, после свадьбы… Ах, отец мой, я великая грешница.

– Конечно, дочь моя, вам может показаться великим грехом все то, что вы по обстоятельствам должны были сделать, но, принимая во внимание ваше чувство дочери к несчастному отцу, затем благодарность, которой вы были обязаны королю Франциску I за богатства и привилегии, данные им вашему мужу, я нахожу, что вы чересчур преувеличиваете грех.

– Мой муж по милости короля действительно оставил мне значительное имущество, – отвечала Диана.

– Итак, дочь моя, вы к себе несправедливы. Не тщеславие побудило вас сносить ухаживание человека некрасивого и немолодого. Вы спасали отца и желали увеличить имущество вашего мужа.