Крымский Ковчег

В любой ситуации Антон получил бы удовольствие от этого зрелища. Девушки изо всех сил вышагивали позади коляски, их выпуклые ягодицы выписывали фигуры, которые заставляли думать только об одном: как бы догнать и остаться наедине с хозяйкой столь подвижных форм. Рикша Антона прибавил. Он тоже был мужчиной.

Фокус был в том, чтобы держаться и не отставать. Во время инструктажа Давич слушал настолько внимательно, что Стрельцов даже начал надеяться, что все кончится хорошо. Он был уверен и в девочках. Они были достаточно напуганы, чтобы делать все правильно.

С охраной теоретически проблем быть не должно – народ дисциплинированный, привык жить по инструкциям. Трудности у таких начинаются, когда одни инструкции вступают в противоречие с другими.

Сам Стрельцов неожиданно для себя тоже стал новичком. Он впервые ехал по Кутузовскому. Ему привычнее было дворами или в метро – падшие редко заходили во дворы, а уж в метро не спускались никогда.

В отличие от других ходоков с именем, у Антона не было никаких особых секретов выживания: в Сети было достаточно информации о каждом метре, который покорился другим.

Нужно было всего лишь уметь отделить враньё от реальных отчетов – и, может быть, именно это и был тот дар, который позволял Антону возвращаться.

Сам Стрельцов не сочинял отчеты, только иногда комментировал чужие. В конце концов, все что он мог – подтвердить или предостеречь. Новых маршрутов он не прокладывал. Проблема была в том, что старые маршруты менялись. Иногда медленно, а иногда достаточно было пройти тихому грибному дождю, чтобы до сих пор безопасный двор превратился в адский котел.

Москва плохо реагировала на всё внешнее – всё, что приходило из-за Периметра. По мере сил она сопротивлялась ветрам и солнцу, дождю и снегу. Не пускала незваных гостей, даже птицы старались не залетать за Периметр. Будто все внешнее было ей противопоказано. Постепенно город становился все менее приспособленным для пришлых. Когда здесь не останется никого, кроме падших, златоглавая наконец добьется своего – застынет в своём совершенстве.

Нужно было держаться. Нужно, чтобы никто до самого казино не отпустил повозку рикши. Всё. Идти оставалось недолго, идти можно было не особо быстро, просто держись – и с тобой ничего не случится. Изредка мимо проносились машины падших, тормозили, падшие не могли не реагировать на живых, снова давили на газ, рикши им были пока неинтересны.

Судя по отчетам, такой фокус проделывали уже десятки человек.